О том, когда родилась и какого происхождения была великая княгиня Ольга Александровна, ученые спорят до сих пор. Одни прослеживают ее род от правившего в Болгарии князя Бориса, другие считают ее дочерью . А монах Нестор, автор , утверждает, что киевская княгиня Ольга была простого рода, и говорит о деревеньке под Псковом как о месте ее рождения. Достоверно подтвержденные факты составляют лишь очень краткую биографию княгини Ольги.
По наиболее известной легенде, Игорь Рюрикович познакомился с Ольгой во время охоты на переправе через реку. Князь принял ее за юношу и попросил перевезти на другой берег. Ольга отличалась не только красотой и чистыми помыслами, но и умом. Она покорила князя настолько, что он через некоторое время вернулся и женился на ней.
Когда князь Игорь покидал Киев, уводя дружину в очередной поход, именно Ольга занималась всеми политическими делами, принимала послов, говорила с наместниками. Основываясь на этом, можно сказать, что правление Ольги, которая при Игоре занималась проблемами внутренней жизни страны, фактически началось еще до гибели мужа.
После убийства князя Игоря в 945 г. древляне отправили к княгине посольство с предложением стать женой их князя Мала. Посольство встретили по приказу Ольги с честью, однако позже гостей сбросили в специально вырытую яму и живьем закопали. Затем Ольга отправила Малу требование прислать самых достойных послов, чтобы прийти с великой честью в земли древлян. На этот раз для гостей истопили жаркую баню, где их и сожгли. Но на этом месть Ольги не была окончена. Послы княгини сообщили древлянам, что княгиня хочет справить на могиле Игоря тризну и просит приготовить мед, а после этого выйдет за Мала. Древляне согласились. Ольга прибыла в их земли с малой дружиной. Древляне во время тризны опьянели от собственного меда и были убиты дружинниками княгини.
Через год древляне были разбиты, а Коростень, их главный город, — сожжен. Взятие хорошо укрепленного Коростеня не обошлось без хитрости. Ольга потребовала с каждого двора дань — трех голубей и трех воробьев. Жители выполнили это желание княгини, а она приказала дружинникам привязать к лапкам птиц легко воспламеняющийся трут и выпустить на волю. Люди, которым удалось бежать из горящего города, были убиты. На уцелевших была наложена тяжкая дань.
Следующим важным решением после усмирения древлян стала замена полюдья на погосты (области). Для каждого погоста княгиня установила урок, размер которого был фиксированным. Налоговая реформа Ольги помогла упорядочить систему сбора податей и укрепить авторитет Киева. Пока сын княгини Ольги и Игоря, Святослав , был ребенком, она пользовалась всей полнотой власти. Но правление Ольги на Руси не закончилось, когда Святослав повзрослел, поскольку князь большую часть времени проводил в военных походах.
Заслуживает внимания и внешняя политика княгини Ольги, которая осуществлялась посредством дипломатии. Княгиня смогла укрепить связи с Византийской империей и Германией. В 957 г. она отправилась в Константинополь. По одной из версий, поездка Ольги в Царьград имела своей целью брак Святослава. Благодаря тесным контактам с греками княгиня прониклась христианской верой и приняла крещение из рук императора Константина 7-го и патриарха Феофилакта. При крещении ей было дано имя Елена. Византийский император не остался равнодушен к красоте и уму русской княгини и предложил ей руку и сердце. Ольга смогла отклонить его предложение, не нанеся обиды. В отличие от матери Святослав остался язычником, хоть и не препятствовал обращению в христианскую веру других. Ольга оказала сильное влияние на сына Святослава —
Регентство жены Игоря при малолетнем князе Святославе.
КНЯГИНЯ ОЛЬГА
Ольга — великая русская св. равноап. княгиня. Жена вел. кн. Игоря Рюриковича. Относительно происхождения кн. Ольги существует несколько летописных версий. Одни авторы называют ее уроженкой Плескова (Пскова), другие — Изборска. Одни заявляют, что она происходила из рода легендарного Гостомысла и первоначально носила имя Прекраса, но была переименована Олегом Вещим в свою честь, другие называют ее дочерью Олега Вещего, третьи сообщают, что она была простой крестьянкой, понравившейся Игорю и потому ставшей его женой. В рукописном сборнике XV в. имеется известие, согласно которому Ольга была болгарской княжной из города Плиски и приведена на Русь Олегом Вещим в качестве невесты для кн. Игоря.
В «Повести временных лет» под 903 сообщается о женитьбе Игоря на Ольге. В Устюжском летописном своде говорится, что она стала женой Игоря в 10-летнем возрасте. Иоакимовская летопись отмечает, что Игорь имел впоследствии и других жен, однако Ольгу чтил больше иных за ее мудрость.
Из договора Игоря с Византией видно, что Ольга занимала в иерархической структуре Киевского государства третье по значению место — после великого кн. Игоря и его сына-наследника Святослава.
После смерти мужа Ольга становится верховной правительницей Руси. Она жестоко подавляет восстание древлян, устанавливает размеры податей с населения в ряде русских регионов, создает погосты, где останавливаются сборщики даней.
ПРОИСХОЖДЕНИЕ КНЯГИНИ ОЛЬГИ
Об Ольге до ее замужества с Игорем известно мало. Повесть временных лет сообщает под 6411 (903) годом, что к Игорю привели «жену из Пскова, именем Ольга». «Книга Степенная царского родословия» (создана в 60-е годы XVI века) называет родиной Ольги весь (село) Выбутскую под Псковом. В поздних Раскольничьей и Иоакимовской летописях, бывших у В. Н. Татищева, родиной Ольги оказывается уже Изборск. Поскольку во время появления Ольги на свет Пскова вроде бы еще не было, но, зато, в середине X века существовало село Ольги Выбутино-Будутино, то она, следовательно, в нем и родилась. Аналогично, возникла и легенда об изборском происхождении Ольги. Например, В. Н. Татищев, сохранивший это предание, повинуясь логике своих летописных источников, считал, что «изборская» версия более правильная, так как «тогда Пскова еще не было». А между тем, «псковская» версия подкрепляется археологическими данными, согласно которым Псков, как собственно город, сложился к VIII веку, то есть раньше Изборска. Впрочем, и версия об Изборске (расположен в 30 км от Пскова), и версия о Выбутской веси, как о местах, где родилась Ольга, помещают родину Ольги в Псковской области.
Любопытно сообщение ряда летописей XVII-XVIII веков о том, что Ольга была дочерью «Тмутарахана, князя Половецкого». За этим известием стоит, таким образом, определенная летописная традиция, но вряд ли можно считать русскую княгиню X века Ольгу дочерью половецкого хана.
Итак, смело можно утверждать только, что родиной Ольги был север территории расселения восточных славян, возможно, Псков или его окрестности. Тесные связи существовали, судя по всему, у Ольги и с Новгородом. Именно ей летопись приписывает в 6455 (947) году установление даней в Новгородской земле. Правда, летописный рассказ о походе княгини к Новгороду и установлении даней по Мсте и Луге вызывает справедливое сомнение исследователей в том, что все это действительно имело место. Ведь возле Новгорода в древности существовала своя «Деревская земля», «Деревский погост». В начале XI века Деревской землей называлась область Новоторжская, возле Торжка, а сам город Торжок звался в древности Искоростенем! Это может свидетельствовать об основании его выходцами из Древлянской земли, вероятно, бежавшими туда после подавления древлянского восстания. Летописец XI века, труд которого был использован при составлении Повести временных лет, мог неверно понять рассказ о том, что Ольга упорядочила сбор дани с Деревской земли, и расширить масштаб устроительной деятельности княгини, включив в нее и реформу Новгородской земли. Здесь проявилось стремление летописца упростить историю организации на Руси погостов, приписав всю реформу одному человеку — Ольге.
«Повесть временных лет» ничего не сообщает о том положении, которое занимала Ольга до брака с Игорем. Правда, в «Степенной книге», в которой о браке Игоря с Ольгой рассказывается с необыкновенными и романтическими деталями, говорится, что Ольга была простой поселянкой из веси Выбутской, которую Игорь встретил на перевозе во время охоты. Историки уже на протяжении трех столетий сомневаются в том, что Ольга была низкого происхождения, и сомнения эти вполне обоснованны. Выше уже говорилось о том, что «Степенная книга» помещала родину Ольги в веси Выбутской, исходя из убеждения, что Пскова тогда еще не существовало. Истории о «крестьянском» происхождении Ольги, о том, как она работала перевозчицей, сохранились и в псковских устных преданиях. Здесь мы скорее всего имеем дело с известным стремлением сказителей приблизить героя к слушателям, сделать его представителем их сословия. Большинство же летописных сводов сообщает о знатном происхождении Ольги или ограничивается простым упоминанием о браке Игоря и Ольги. «Степенная книга», представляя Ольгу бедной поселянкой, оказывается почти в полном одиночестве. Ермолинская летопись (вторая половина XV века) называет Ольгу «княгиней от Плескова». Типографская летопись (первая половина XVI века) сообщает, что «некоторые» рассказывали, что Ольга была дочерью Вещего Олега. Известие о том, что Ольга была дочерью Олега, сохранилось в Пискаревском летописце и Холмогорской летописи.
О знатности Ольги свидетельствует и известие Константина Багрянородного в труде «О церемониях византийского двора» о том, что во время визита Ольги в Царьград ее сопровождала большая свита: «анепсий», 8 приближенных людей, 22 посла, 44 торговых человека, 2 переводчика, священник, 16 приближенных женщин и 18 рабынь. Самым интересным нам кажется присутствие 8 приближенных людей. Это не дружинники и не слуги. Для дружины этого количества людей мало, а весь обслуживающий персонал перечисляется позднее. Это и не союзные князья. От них с Ольгой было послано 22 посла. Возможно, это родственники Ольги, не случайно в том же источнике говорится, что вместе с Ольгой прибыли и «родственные ей архонтиссы». Кроме того, в составе русского посольства особо выделяется «анепсий» Ольги. «Анепсий» — термин, означавший в Византии того времени чаще всего племянника (сына сестры или брата), а также двоюродного брата или, гораздо реже, родственника вообще. Как известно, в договоре 944 года упомянуты племянники Игоря (Игорь и Акун). Поскольку племянник мужа мог считаться племянником и его жены, возможно, об одном из этих двух лиц и идет речь в данном случае. Правда, термин «анепсий» означал кровного родственника, каковыми в отношении Ольги не были ни Игорь, ни Акун. Может быть, речь здесь идет о совершенно неизвестном нам князе, относившемся к роду Ольги. Таким образом, Ольга не была простой поселянкой без роду, без племени, а являлась главой рода, пришедшего в Киев вместе с ней и участвовавшего в ведении дел.
Однако и еще одно обстоятельство усиливало позиции Ольги. Она была не просто женой Игоря, но и, как видно из рассказа о распределении ею дани с древлян, самостоятельной правительницей Вышгорода. Значение Вышгорода было велико. Город возник всего в 12-15 км от Киева и с самого начала представлял собой мощную крепость, которая позднее служила хорошим щитом для защиты Киева с севера. Подобное расположение Вышгорода по отношению к Киеву позволило ряду историков рассматривать его как некий «придаток», пригород «матери городов русских». Вряд ли это справедливо, по крайней мере, по отношению к Вышгороду X века. По данным археологии, в это время территория его была равна современному ему Киеву. Город располагал детинцем (кремлем). Вышгород являлся центром ремесла и торговли. О значении и силе этого города свидетельствует и упоминание «Вусеграда» в сочинении Константина Багрянородного, наряду с другими крупнейшими городами — Смоленском, Любечем, Черниговом. Скорее, правы те историки, которые склонны рассматривать Вышгород как независимый от Киева и, более того, конкурирующий с ним центр.
КРУЖЕНИЕ ОЛЬГИ
С именем Ольги связывают важные реформы, относящиеся к учреждению административных центров — погостов и упорядочению системы государственного управления. В доказательство приводят следующий отрывок из летописи XII в.: «В лето 6455 (947) иде Вольга Новугороду, и устави по Мьсте повосты и дани и по Лузе оброки и дани; и ловища ея суть по всей земли, знаменья и места и повосты, и сани ее стоятъ въ Плескове и до сего дне». Для верности интерпретации приведенного отрывка следует сравнить его с Записками императора Константина Багрянородного, написанными во времена Ольги в середине X в. С приближением зимы, писал император, русские «архонты выходят со всеми росами из Киева и отправляются в полюдиа, что именуется «кружением», а именно в земли древлян, дреговичей, северян и прочих данников славян. Кормясь там в течение зимы, они в апреле, когда тает лед на Днепре возвращаются в Киев».
Константин VII описал полюдье при жизни Ольги на основании бесед с послами. Киевский летописец почерпнул сведения о полюдье Ольги из преданий, спустя столетие. Он не знал термина «полюдье», зато приписал мудрой княгине важную реформу — установление «повостов» и «оброков». Слово «оброк» позднего происхождения, а понятие «погост» («повост») имело в X в. совсем иное значение, чем в XII в. При Ольге «погост» обозначал языческое святилище и место торга славян («погост» от слова «гость» — купец). С принятием христианства власти стали разорять капища и на их месте ставить церкви. Крупнейшие погосты превратились к XII в. в центры управления округой. Но при Ольге погосты оставались языческими святилищами по преимуществу.
Скрынников Р.Г. Древнерусское государство
ИЗ ЖИТИЯ
И управляла княгиня Ольга подвластными ей областями Русской земли не как женщина, но как сильный и разумный муж, твердо держа в своих руках власть и мужественно обороняясь от врагов. И была она для последних страшна, своими же людьми любима, как правительница милостивая и благочестивая, как судия праведный и никого не обидящий, налагающий наказание с милосердием, и награждающий добрых; она внушала всем злым страх, воздавая каждому соразмерно достоинству его поступков, но всех делах управления она обнаруживала дальновидность и мудрость. При этом Ольга, милосердная по душе, была щедродательна нищим, убогим и малоимущим; до ее сердца скоро доходили справедливые просьбы, и она быстро их исполняла… Со всем этим Ольга соединяла воздержанную и целомудренную жизнь, она не хотела выходить вторично замуж, но пребывала в чистом вдовстве, соблюдая сыну своему до дней возраста его княжескую власть. Когда же последний возмужал, она передала ему все дела правления, а сама, устранившись от молвы и попечении, жила вне забот управления, предаваясь делам благотворения.Преставилась святая княгиня Ольга в 969 году 11 июля (ст. стиль), завещав открыто совершить погребение ее по-христиански. Ее нетленные мощи покоились в десятинной церкви в Киеве. За свою миссионерскую деятельность, Ольга одной из первых была причислена к лику святых и удостоилась высокого звания равноапостальской. В то же время до сих пор с именем этой княгине связано несколько спорных вопросов таких как: — место ее происхождения, (согласно Начальной летописи Ольга происходила из ПсковаЖитие святой великой княгини Ольги уточняет, что родилась она в деревне Выбуты Псковской земли, в 12 км от Пскова выше по реке Великой. Имена родителей Ольги не сохранились, по Житию они были не знатного рода, «от языка варяжска». Типографская летопись (конец XV века) и более поздний Пискаревский летописец сообщают, будто Ольга была дочерью Вещего Олега. И.Д. Иловайский считал, что Ольга происходила из славян и выводил ее имя от славянской формы «Вольга», кстати, в древнечешском языке так же имелся аналог Ольги Olha. Ряд болгарских исследователей считают, что Ольга происходила из болгар. В подтверждения чего приводят сообщение из Нового Владимирского Летописца («Игоря же ожени [Олег] въ Болгарехъ, поятъ же за него княжну Ольгу».), где автор ошибочно перевел летописное название Плесков не как Псков, но как Плиска — болгарская столица того времени. — время ее рождения (большинство летописцев считают ее ровесницей Игоря, другие полагают, что она была младше мужа лет на 15-20),- место и время ее крещения. (по одной версии 954 – 955 г. по другой 957 г., ряд исследователь считают, что крещение произошло в Константинополе, другие в Киеве).
«Начальницей веры» и «корнем Православия» в Русской земле издревле называли святую равноапостольную Ольгу люди. Крещение Ольги было ознаменовано пророческими словами патриарха, крестившего ее: «Благословенна ты в женах русских, ибо оставила тьму и возлюбила Свет. Прославлять тебя будут сыны русские до последнего рода!» При крещении русская княгиня удостоилась имени святой равноапостольной Елены, много потрудившейся в распространении христианства в огромной Римской империи и обретшей Животворящий Крест, на котором был распят Господь. Подобно своей небесной покровительнице, Ольга стала равноапостольной проповедницей христианства на необъятных просторах земли Русской. В летописных свидетельствах о ней немало хронологических неточностей и загадок, но вряд ли могут возникнуть сомнения в достоверности большинства фактов ее жизни, донесенных до нашего времени благодарными потомками святой княгини — устроительницы Русской земли. Обратимся к повествованию о ее жизни.
Имя будущей просветительницы Руси и родину ее древнейшая из летописей — «Повесть временных лет» называет в описании женитьбы Киевского князя Игоря: «И привели ему жену из Пскова именем Ольга». Иоакимовская летопись уточняет, что она принадлежала к роду князей Изборских — одной из древнерусских княжеских династий.
Супругу Игоря звали варяжским именем Хельга, в русском произношении — Ольга (Вольга). Предание называет родиной Ольги село Выбуты неподалеку от Пскова, вверх по реке Великой. Житие святой Ольги повествует, что здесь впервые состоялась встреча ее с будущим супругом. Молодой князь охотился «в области Псковской» и, желая перебраться через реку Великую, увидел «некоего плывущего в лодке» и подозвал его к берегу. Отплыв от берега в лодке, князь обнаружил, что его везет девушка удивительной красоты. Игорь воспылал к ней похотью и стал склонять ее ко греху. Перевозчица оказалась не только красива, но целомудренна и умна. Она устыдила Игоря, напомнив ему о княжеском достоинстве правителя и судии, который должен быть «светлым примером добрых дел» для своих поданных. Игорь расстался с ней, храня в памяти ее слова и прекрасный образ. Когда пришло время выбирать невесту, в Киев собрали самых красивых девушек княжества. Но ни одна из них не пришлась ему по сердцу. И тогда он вспомнил «дивную в девицах» Ольгу и послал за ней сродника своего князя Олега. Так Ольга стала женой князя Игоря, великой русской княгиней.
После женитьбы Игорь отправился в поход на греков, а вернулся из него уже отцом: родился сын Святослав. Вскоре Игорь был убит древлянами. Боясь мести за убийство Киевского князя, древляне отправили послов к княгине Ольге, предлагая ей вступить в брак со своим правителем Малом. Ольга сделала вид, что согласна. Хитростью заманила она в Киев два посольства древлян, предав их мучительной смерти: первое было заживо погребено «на дворе княжеском», второе — сожжено в бане. После этого пять тысяч мужей древлянских были убиты воинами Ольги на тризне по Игорю у стен древлянской столицы Искоростеня. На следующий год Ольга снова подошла с войском к Искоростеню. Город сожгли с помощью птиц, к ногам которых привязали горящую паклю. Оставшихся в живых древлян пленили и продали в рабство.
Наряду с этим летописи полны свидетельств о ее неустанных «хождениях» по Русской земле с целью построения политической и хозяйственной жизни страны. Она добилась укрепления власти Киевского великого князя, централизовала государственное управление с помощью системы «погостов». Летопись отмечает, что она с сыном и дружиной прошла по Древлянской земле, «устанавливая дани и оброки», отмечая села и становища и места охот, подлежащие включению в киевские великокняжеские владения. Ходила она в Новгород, устраивая погосты по рекам Мсте и Луге. «Ловиша ее (места охоты) были по всей земле, установленные знаки, места ее и погосты, — пишет летописец, — и сани ее стоят в Пскове до сего дня, есть указанные ею места для ловли птиц по Днепру и по Десне; и село ее Ольгичи существует и поныне». Погосты (от слова «гость» — купец) стали опорой великокняжеской власти, очагами этнического и культурного объединения русского народа.
Житие так повествует о трудах Ольги: «И управляла княгиня Ольга подвластными ей областями Русской земли не как женщина, но как сильный и разумный муж, твердо держа в своих руках власть и мужественно обороняясь от врагов. И была она для последних страшна своими же людьми любима, как правительница милостивая и благочестивая, как судия праведный и никого не обидящий, налагающий наказание с милосердием, и награждающий добрых; она внушала всем злым страх, воздавая каждому соразмерно достоинству его поступков, но всех делах управления она обнаруживала дальновидность и мудрость. При этом Ольга, милосердная по душе, была щедродательна нищим, убогим и малоимущим; до ее сердца скоро доходили справедливые просьбы, и она быстро их исполняла… Со всем этим Ольга соединяла воздержанную и целомудренную жизнь, она не хотела выходить вторично замуж, но пребывала в чистом вдовстве, соблюдая сыну своему до дней возраста его княжескую власть. Когда же последний возмужал, она передала ему все дела правления, а сама, устранившись от молвы и попечении, жила вне забот управления, предаваясь делам благотворения».
Русь росла и укреплялась. Строились города, окруженные каменными и дубовыми стенами. Сама княгиня жила за надежными стенами Вышгорода, окруженная верной дружиной. Две трети собранной дани, по свидетельству летописи, она отдавала в распоряжение киевского веча, третья часть шла «к Ольге, на Вышгород» — на ратное строение. Ко времени Ольги относится установление первых государственных границ Киевской Руси. Богатырские заставы, воспетые в былинах, сторожили мирную жизнь киевлян от кочевников Великой Степи, от нападений с Запада. Чужеземцы устремлялись в Гардарику («страну городов»), как называли они Русь, с товарами. Скандинавы, немцы охотно вступали наемниками в русское войско. Русь становилась великой державой.
Как мудрая правительница, Ольга видела на примере Византийской империи, что недостаточно забот лишь о государственной и хозяйственной жизни. Необходимо было заняться устроением религиозной, духовной жизни народа.
Автор «Степенной книги» пишет: «Подвиг ее /Ольги/ в том был, что узнала она истинного Бога. Не зная закона христианского, она жила чистой и целомудренной жизнью, и желала она быть христианкой по свободной воле, сердечными очами путь познания Бога обрела и пошла по нему без колебания». Преподобный Нестор летописец повествует: «Блаженная Ольга с малых лет искала мудрости, что есть самое лучшее в свете этом, и нашла многоценный жемчуг — Христа».
Сделав свой выбор, великая княгиня Ольга, поручив Киев подросшему сыну, отправляется с большим флотом в Константинополь. Древнерусские летописцы назовут это деяние Ольги «хождением», оно соединяло в себе и религиозное паломничество, и дипломатическую миссию, и демонстрацию военного могущества Руси. «Ольга захотела сама сходить к грекам, чтобы своими глазами посмотреть на службу христианскую и вполне убедиться в их учении об истинном Боге», — повествует житии святой Ольги. По свидетельству летописи, в Константинополе Ольга принимает решение стать христианкой. Таинство Крещения совершил над ней патриарх Константинопольский Феофилакт (933 — 956), а восприемником был император Константин Багрянородный (912 — 959), оставивший в своем сочинении «О церемониях византийского двора» подробное описание церемоний во время пребывания Ольги в Константинополе. На одном из приемов русской Княгине было поднесено золотое, украшенное драгоценными камнями блюдо. Ольга пожертвовала его в ризницу собора Святой Софии, где его видел и описал в начале XIII века русский дипломат Добрыня Ядрейкович, впоследствии архиепископ Новгородский Антоний: «Блюдо велико злато служебное Ольги Русской, когда взяла дань, ходивши в Царьград: во блюде же Ольгине камень драгий, на том же камни написан Христос».
Патриарх благословил новокрещенную русскую княгиню крестом, вырезанным из цельного куска Животворящего Древа Господня. На кресте была надпись: «Обновися Русская земля Святым Крестом, его же приняла Ольга, благоверная княгиня».
В Киев Ольга вернулась с иконами, богослужебными книгами — началось ее апостольское служение. Она воздвигла храм во имя святителя Николая над могилой Аскольда — первого Киевского князя-христианина и многих киевлян обратила ко Христу. С проповедью веры отправилась княгиня на север. В Киевских и Псковских землях, в отдаленных весях, на перекрестках дорог воздвигала кресты, уничтожая языческие идолы.
Святая Ольга положила начало особенного почитания на Руси Пресвятой Троицы. Из века в век передавалось повествование о видении, бывшем ей около реки Великой, неподалеку от родного села. Она увидела, что с востока сходят с неба «три пресветлых луча». Обращаясь к своим спутникам, бывшим свидетелями видения, Ольга сказала пророчески: «Да будет вам ведомо, что изволением Божиим на этом месте будет церковь во имя Пресвятой и Животворящей Троицы и будет здесь великий и славный град, изобилующий всем». На этом место Ольга воздвигла крест и основала храм во имя Святой Троицы. Он стал главным собором Пскова — славного града русского, именовавшегося с тех пор «Домом Святой Троицы». Таинственными путями духовного преемства через четыре столетия это почитание передано было преподобному Сергию Радонежскому.
11 мая 960 года в Киеве освятили храм Святой Софии — Премудрости Божией. Этот день отмечался в Русской Церкви как особый праздник. Главной святыней храма стал крест, полученный Ольгой при крещении в Константинополе. Храм, построенный Ольгой, сгорел в 1017 году, и на его место Ярослав Мудрый воздвиг церковь святой великомученицы Ирины, а святыни Софийского Ольгина храма перенес в доныне стоящий каменный храм Святой Софии Киевской, заложенный в 1017 году и освященный около 1030 года. В Прологе XIII века об Ольгином кресте сказано: «Иже ныне стоит в Киеве во Святой Софии в алтаре на правой стороне». После завоевания Киева литовцами Ольгин крест был похищен из Софийского собора и вывезен католиками в Люблин. Дальнейшая его судьба нам неизвестна. Апостольские труды княгини встречали тайное и открытое сопротивление язычников. Среди бояр и дружинников в Киеве нашлось немало людей, которые, по словам летописцев «возненавидели Премудрость», как и святую Ольгу, строившую Ей храмы. Ревнители языческой старины все смелее поднимали голову, с надеждой взирая на подрастающего Святослава, решительно отклонившего уговоры матери принять христианство. «Повесть временных лет» так повествует об этом: «Жила Ольга с сыном своим Святославом, и уговаривала его мать креститься, но пренебрегал он этим и уши затыкал; однако если кто хотел креститься, не возбранял тому, ни издевался над ним… Ольга часто говорила: «Сын мой, я познала Бога и радуюсь; вот и ты, если познаешь, тоже начнешь радоваться». Он же, не слушая сего, говорил: «Как я могу захотеть один веру переменить? Мои дружинники этому смеяться будут!» Она же говорила ему: «Если ты крестишься, все так же сделают».
Он же, не слушая матери, жил по языческим обычаям, не зная, что если кто матери не слушает, попадет в беду, как сказано: «Если кто отца или матерь, не слушает, то смерть примет». Он же к тому еще и сердился на мать… Но Ольга любила своего сына Святослава, когда говорила: «Да будет воля Божия. Если Бог захочет помиловать потомков моих и землю русскую, да повелит их сердцам обратиться к Богу, как это было мне даровано». И говоря так, молилась за сына и за людей его все дни и ночи, заботясь о своем сыне до его возмужания».
Несмотря на успех своей поездки в Константинополь, Ольга не смогла склонить императора к соглашению по двум важнейшим вопросам: о династическом браке Святослава с византийской царевной и об условиях восстановления существовавшей при Аскольде митрополии в Киеве. Поэтому святая Ольга обращает Взоры на Запад — Церковь была в то время едина. Вряд ли могла знать русская княгиня о богословских различиях греческого и латинского вероучения.
В 959 году немецкий хронист записывает: «Пришли к королю послы Елены, королевы руссов, которая крещена в Константинополе, и просили посвятить для сего народа епископа и священников». Король Оттон, будущий основатель Священной Римской империи германской нации, откликнулся на просьбу Ольги. Через год епископом Русским был поставлен Либуций, из братии монастыря святого Альбана в Майнце, но он вскоре скончался (15 марта 961 г.). На его место посвятили Адальберта Трирского, которого Оттон, «щедро снабдив всем нужным», отправил, наконец, в Россию. Когда в 962 году Адальберт появился в Киеве, он «не успел ни в чем том, за чем был послан, и видел свои старания напрасными». На обратном пути «некоторые из его спутников были убиты, и сам епископ не избежал смертной опасности», — так повествуют летописи о миссии Адальберта.
Языческая реакция проявилась столь сильно, что пострадали не только немецкие миссионеры, но и некоторые из киевских христиан, крестившихся вместе с Ольгой. По приказу Святослава был убит племянник Ольги Глеб и разрушены некоторые построенные ею храмы. Святой Ольге пришлось смириться с происшедшим и уйти в дела личного благочестия, предоставив управление язычнику Святославу. Конечно, с ней по-прежнему считались, к ее опыту и мудрости неизменно обращались во всех важных случаях. Когда Святослав отлучался из Киева, управление государством поручалось святой Ольге. Утешением для нее были славные военные победы русского воинства. Святослав разгромил давнего врага Русского государства — Хазарский каганат, навсегда сокрушив могущество иудейских правителей Приазовья и нижнего Поволжья. Следующий удар был нанесен Волжской Болгарии, потом пришел черед Дунайской Болгарии — восемьдесят городов взяли киевские дружинники по Дунаю. Святослав и его воины олицетворяли богатырский дух языческой Руси. Летописи сохранили слова Святослава, окруженного со своей дружиной огромным греческим войском: «Не посрамим земли русской, но ляжем костьми здесь! Мертвые сраму не имут!» Святослав мечтал о создании огромной Русской державы от Дуная до Волги, которая объединила бы Русь и другие славянские народы. Святая Ольга понимала, что при всем мужестве и отваге русских дружин им не справиться с древней империей ромеев, которая не допустит усиления языческой Руси. Но сын не слушал предостережений матери.
Много скорбей пришлось пережить святой Ольге в конце жизни. Сын окончательно переселился в Переяславец на Дунае. Пребывая в Киеве, она учила своих внуков, детей Святослава, христианской вере, но не решалась крестить их, опасаясь гнева сына. Кроме того, он препятствовал ее попыткам утверждения христианства на Руси. Последние годы, среди торжества язычества, ей, когда-то всеми почитаемой владычице державы, крестившейся от Вселенского патриарха в столице Православия, приходилось тайно держать при себе священника, чтобы не вызвать новой вспышки антихристианских настроений. В 968 г. Киев осадили печенеги. Святая княгиня с внуками, среди которых был и князь Владимир, оказались в смертельной опасности. Когда весть об осаде достигла Святослава, он поспешил на помощь, и печенеги были обращены в бегство. Святая Ольга, будучи уже тяжело больной, просила сына не уезжать до ее кончины. Она не теряла надежды обратить сердце сына к Богу и на смертном одре не прекращала проповеди: «Зачем оставляешь меня, сын мой, и куда ты идешь? Ища чужого, кому поручаешь свое? Ведь дети Твои еще малы, а я уже стара, да и больна, — я ожидаю скорой кончины — отшествия к возлюбленному Христу, в которого я верую; я теперь ни о чем не беспокоюсь, как только о тебе: сожалею о том, что хотя я и много учила и убеждала оставить идольское нечестие, уверовать в истинного Бога, познанного мною, а ты пренебрегаешь этим, и знаю я, что за твое непослушание ко мне тебя ждет на земле худой конец, и по смерти — вечная мука, уготованная язычникам. Исполни же теперь хоть эту мою последнюю просьбу: не уходи никуда, пока я не преставлюсь и не буду погребена; тогда иди, куда хочешь. По моей кончине не делай ничего, что требует в таких случаях языческий обычай; но пусть мой пресвитер с клириками погребут по обычаю христианскому мое тело; не смейте насыпать надо мною могильного холма и делать тризны; но пошли в Царьград золото к святейшему патриарху, чтобы он совершил молитву и приношение Богу за мою душу и раздал нищим милостыню».
«Слыша это, Святослав горько плакал и обещал исполнить все завещанное ею, отказываясь только от принятия святой веры. По истечении трех дней блаженная Ольга впала в крайнее изнеможение; она причастилась Божественных Тайн Пречистого Тела и Животворящей Крови Христа Спаса нашего; все время она пребывала в усердной молитве к Богу и к Пречистой Богородице, которую всегда по Боге имела себе помощницею; она призывала всех святых; с особенным усердием молилась блаженная Ольга о просвещении по ее смерти земли Русской; прозирая будущее, она неоднократно предсказывала, что Бог просветит людей земли Русской и многие из них будут великие святые; о скорейшим исполнении этого пророчества и молилась блаженная Ольга при своей кончине. И еще молитва была на устах ее, когда честная душа ее разрешилась от тела, и, как праведная, была принята руками Божиими». 11 июля 969 года святая Ольга скончалась, «и плакали по ней плачем великим сын ее и внуки и все люди». Пресвитер Григорий в точности выполнил ее завещание.
Святая равноапостольная Ольга была канонизирована на соборе 1547 года, который подтвердил повсеместное почитание ее на Руси еще в домонгольскую эпоху.
Бог прославил «начальницу» веры в Русской земле чудесами и нетлением мощей. При святом князе Владимире мощи святой Ольги были перенесены в Десятинный храм Успения Пресвятой Богородицы и положены в саркофаге, в каких было принято помещать мощи святых на православном Востоке. Над гробницей святой Ольги в церковной стене было окно; и если кто с верой приходил к мощам, видел через оконце мощи, причем некоторые видели исходящее от них сияние, и многие одержимые болезнями получали исцеление. Приходившему же с маловерием оконце но открывалось, и он не мог видеть мощей, а только гроб.
Так и по кончине святая Ольга проповедовала вечную жизнь и воскресение, наполняя радостью верующих и вразумляя неверующих.
Сбылось ее пророчество о злой кончине сына. Святослав, как сообщает летописец, был убит печенежским князем Курей, который отсек голову Святослава и из черепа сделал себе чашу, оковал золотом и во время пиров пил из нее.
Исполнилось и пророчество святой о земле Русской. Молитвенные труды и дела святой Ольги подтвердили величайшее деяние ее внука святого Владимира (память 15 (28) июля) — Крещение Руси. Образы святых равноапостольных Ольги и Владимира, взаимно дополняя друг друга, воплощают материнское и отеческое начало русской духовной истории.
Святая равноапостольная Ольга стала духовной матерью русского народа, через нее началось его просвещение светом Христовой веры.
Языческое имя Ольги соответствует мужскому Олег (Хельги), что означает «святой». Хотя языческое понимание святости отличается от христианского, но оно предполагает в человеке особый духовный настрой, целомудрие и трезвление, ум и прозорливость. Раскрывая духовное значение этого имени, народ Олега назвал Вещим, а Ольгу — Мудрой. Впоследствии святую Ольгу станут называть Богомудрой, подчеркивая ее главный дар, ставший основанием всей лествицы святости русских жен — премудрость. Сама Пресвятая Богородица — Дом Премудрости Божией — благословила святую Ольгу на ее апостольские труды. Строительство ею Софийского собора в Киеве — матери городов Русских — явилось знаком участия Божией Матери в Домостроительстве Святой Руси. Киев, т.е. христианская Киевская Русь, стала третьим Жребием Божией Матери по Вселенной, и утверждение этого Жребия на земле началось через первую из святых жен Руси — святую равноапостольную Ольгу.
Христианское имя святой Ольги — Елена (в переводе с древнегреческого «Факел»), стало выражением горения ее духа. Святая Ольга (Елена) приняла духовный огонь, который не угас во всей тысячелетней истории Христианской России.
Возмущение Древлян не могло остаться безнаказанным со стороны могущественного племени Руссов; а убиение великого князя требовало кровной мести со стороны его родственников. Летописец украшает эту месть баснословными сказаниями. Но достоверно то, что сын и преемник Игоря на Киевском столе Святослав вместе со своей матерью Ольгой усмирил Древлян, взял и сжег город Коростень, главное гнездо возмущения: часть его населения по обычаю того времени была обращена в рабство и разделена между князем и его дружиною. Жители Коростеня были обложены еще более тяжкими поборами, чем прежде. Две трети этих поборов определены на Киев, т.е. великому князю и его мужам; а одна треть на Вышгород, т.е. матери Святослава и ее дружине; ибо княгини русские также имели свои дружины. После усмирения Древлян отправлена была тризна по Игорю на самой его могиле. Если погребение знатного Русина сопровождалось такими обрядами, какие описал Ибн Фадлан, то понятно, какою торжественностью и пышностью обставлялась тризна по великому князю. На могилу Игоря прибыла вся дружина Святослава и его матери; местные жители должны были наварить потребное количество крепкого меду. Многие пленные Древляне принесены были в жертву богам и погребены вокруг Игоревой могилы; а над нею насыпан обширный курган. Затем совершились поминальное торжество и воинственные игры в честь покойного согласное обычаями и обрядами языческой Руси.
Княгиня Ольга. В. Васнецов, 1885-1893
Вдова Игоря Ольга является первою крещеною княгинею на Руси. Ее муж при всей своей воинственности, очевидно, отличался веротерпимостью, и вера христианская при нем сделала большие успехи в среде Русского племени. Да иначе не могло и быть при деятельных, постоянных сношениях с Византией, которая всегда усердно заботилась о проповеди между народами Кавказскими, Черноморскими и другими, соседними с империей. Кроме религиозного усердия, одушевлявшего греческих проповедников, христианство служило наилучшим средством смягчить нравы варварских народов, ослабить их опустошительные набеги на греческие области и еще крепче подчинить их греческому влиянию.
Греки не упускали удобного случая действовать на воображение язычников красотою храмов и дворцов, великолепием богослужения и другими сторонами своей богатой гражданственности. Так, они любили показывать послам варварских князей замечательные здания своей столицы, особенно большой императорский дворец с его роскошными залами и галереями и чудный храм св. Софии, блиставший своими разноцветными мозаиками. Многие из тех Руссов, которые приезжали в Константинополь по торговым делам или служили в императорских войсках, конечно, поддавались обаянию христианства и греческой образованности и принимали крещение; а, воротясь в отечество, убеждали к тому же и своих близких. Рассказы послов и гостей о богатствах и чудесах греческой столицы и подарки, привозимые оттуда, в свою очередь вызывали и в других стремление побывать в этом чудном городе. Между варварскими вождями уже издавна встречаются примеры таких князей, которые для принятия крещения отправлялись в Царьград, и здесь сам император был их восприемником; а высшие греческие сановники воспринимали бояр и их жен. Богато оделенные подарками, а иногда и титулом патриция, ново-крещенные князья возвращались в свою землю и ревностно принимались за распространение и утверждение новой религии. Таково, например, было крещение двух болгарских князей, приходивших из Тавриды в Царьград, одного при Юстиниане I, другого при Ираклии; первый из них за свою ревность к христианству был убит возмутившимися язычниками. Распространение новой религии усилилось между Руссами в особенности с тех пор, как они утвердились в земле Таврических, или Черных, Болгар, часть которых, живя в соседстве с Корсунем, уже давно исповедовала греческую веру.
Была ли Ольга окрещена уже в Киеве и отправилась в Константинополь собственно поклониться цареградским святыням, получить благословение от патриарха и знаки внимания от императоров Константина и его сына Романа, или она, подобно упомянутым князьям Черных Болгар, желала принять крещение из рук самого патриарха и иметь своим восприемником императора, – в точности неизвестно. Первое предположение вероятнее, и тем более, что в числе ее спутников мы находим священника Григория. Как бы то ни было, в 957 г. Ольга совершила на кораблях путешествие в Константинополь; ее сопровождала большая свита, в числе которой находились послы от Киевского и других русских князей.
Княгиня Ольга. М. Нестеров. Эскиз росписи собора Св. Владимира в Киеве, 1892
Когда русская княгиня вступила в Золотой Рог, то ее, по-видимому, подвергли всем обычным порядкам, существовавшим в Византии для кораблей, приходивших из Руси, т.е. свидетельству княжеских грамот и печатей, переписке людей, груза и т.п., и только по выполнении всех правил позволили ей сойти на берег. Вообще Ольге пришлось долго ждать, прежде чем она была допущена к императорскому двору. Константин VII Багрянородный известен своею склонностью к мирной семейной жизни и к занятиям книжным. Он известен также своими стараниями соблюдать во всей точности многочисленные обряды, которыми отличался двор Восточной Римской империи и которые почитались необходимою принадлежностию императорского величия. Он написал даже особое большое сочинение «Об обрядах Византийского двора». В этом Обряднике Константин следующим образом описывает торжественный прием русской княгини Ольги.
Сентября 9, в среду, княгиня прибыла во дворец; за нею следовали сопровождавшие ее родственницы, знатные русские боярыни, послы русских князей, ее собственные мужи и русские гости. Княгиню остановили на том месте, где логофет (канцлер) обыкновенно вопрошает иностранных послов, допущенных к императорскому приему. Здесь она удостоилась видеть самого императора, восседавшего на троне и окруженного придворными чинами. Затем длинным рядом великолепных покоев провели ее в портик той части дворца, который назывался Августеон, где она могла присесть на несколько минут. После того ее ввели в так наз. Юстинианову палату, чтобы представить императрице. В этой палате находилось возвышение, покрытое пурпуровыми тканями, а на нем «трон императора Феофила» и золотое седалище. На троне восседала императрица; подле нее на золотом седалище поместилась ее невестка, т.е. супруга молодого императора Романа. По бокам их стояли чины императрицы, а далее ее придворные женщины, разделенные по степеням их знатности. Когда назначенный для того сановник приветствовал Ольгу от имени императрицы, княгиню и ее свиту отвели опять в особый покой, где позволили присесть. А императрица между тем удалилась в свое отделение. Когда сюда пришел император со своими детьми и внуками, то позвали и княгиню, и тут только она получила позволение сесть в его присутствии и говорить с ним сколько угодно.
В тот же день происходил торжественный обед в Юстиниановой палате. Обе императрицы опять сидели на том же возвышении. Когда ввели сюда русских боярынь, они сделали низкий поклон; но русская княгиня только слегка наклонила голову. Ее посадили в некотором расстоянии от трона за тем столом, за которым сидело первое отделение византийских дам (так наз. зосты). Во время стола певчие пели стихотворения, сочиненные в честь императорского дома, а придворные плясуны увеселяли присутствующих своим искусством. В то же время в Золотой палате был другой стол, за которым обедала мужская часть Ольгиной свиты, т.е. ее племянник, священник Григорий, переводчик, послы Святослава и других русских князей, а также русские гости. Всем им раздали в подарок золотые и серебряные монеты, смотря по степени их значения. После обеда императорское семейство вместе с Ольгою из Юстиниановой палаты перешло в другой покой, где приготовлены были разные сласти, разложенные на блюдах, украшенных драгоценными камнями. На подобном же блюде поднесли Русской княгине в подарок 500 миллиарезий, шести ее ближним боярыням – по 20, а восемнадцати другим – по 8 каждой.
18 октября, в воскресенье, устроен был другой пир для Руссов в Золотой палате, на котором присутствовал сам император. А Русскую княгиню угощали в палате св. Павла, где присутствовала императрица с своими детьми и невесткою. На этот раз Ольге поднесли 200 миллиарезий, и несколько сот опять роздали ее свите.
Вот все, что сообщает нам Константин Багрянородный о приеме Ольги. По всем признакам она не вполне осталась довольна этим приемом. Она должна была испытать все высокомерие византийского правительства и пройти все степени придворных церемоний, которыми Византийский двор ясно давал понять великое расстояние, отделявшее княгиню северных варваров от царствующего дома великолепной Византии. Не могли ее, конечно, удовлетворить и десятка два или три червонцев, поднесенных ей взамен дорогих мехов и других товаров, которые она привезла в подарок императорскому двору. По словам того же Константинова Обрядника, незадолго до приезда Ольги Византийский двор с теми же церемониями чествовал послов одного незначительного арабского эмира; причем послы и их свита получили в подарок большее количество червонцев, чем русская княгиня и ее спутники. А подобное обстоятельство, конечно, не осталось неизвестным для Руссов.
Может быть, не без связи с некоторым недовольством, которое Ольга возымела против византийского правительства, состоялось посольство, отправленное ею к императору Оттону I. Слава этого знаменитого государя, конечно, достигла в то время и до берегов Днепра. Западные летописцы повествуют, что в 959 году послы русской княгини Елены (христианское имя Ольги) прибыли к Оттону и просили у него епископа и священников для своего народа. Император отправил к ним монаха Адальберта; но последний вскоре воротился, будучи прогнан язычниками и потеряв убитыми некоторых своих спутников. В этом известии, очевидно, скрывается какое-либо недоразумение. Может быть, цель русского посольства была отчасти политическая, отчасти религиозная; а немецкий император спешил воспользоваться случаем, чтобы подчинить католицизму возникавшую Русскую церковь. С помощью церкви он, конечно, думал утвердить немецкое влияние и у Восточных Славян подобно тому, как оно утверждалось у Западных. Вот с каких пор начались попытки Латинской церкви подчинить себе Россию и оторвать ее от духовного единения с Византией .
В пользу того мнения, что Ольга крестилась в Константинополе, приводят, во-первых, рассказ русского летописца, во-вторых, свидетельства византийских историков Кедрина-Скилицы, Зонары и франкского хрониста (безымянного продолжателя аббата Регинонского); последние, хотя мимоходом, однако прямо говорят, что Ольга крестилась в Константинополе. Но свидетельства эти принадлежат лицам, не современным событию, а жившим позднее. Русская летопись вообще украшает свой рассказ баснословием; по ее словам, восприемником Ольги был император Цимисхий, царствовавший гораздо после ее крещения, а крестил ее патриарх Фотий, уже давно умерший. Между тем Константин Багрянородный, который принимал русскую княгиню и сам описал этот прием, ни одним словом не намекнул на ее крещение в Константинополе. Хотя на это возражают, что в своем Обряднике он имел в виду только описание церемониального приема во дворце, а следовательно, ему не было нужды говорить здесь о крещении Ольги; но такое возражение недостаточно сильно. А потому вопрос, где крестилась Ольга, остается пока нерешенным окончательно. Легче был решен другой вопрос: в каком году совершилось ее путешествие в Константинополь? Русская летопись относит его к 955 году; но в этом случае, как и во многих других, начальная хронология ее оказывается неверною; как то доказывает свидетельство Константина. Он говорит о двукратном приеме Ольги во дворце, 9 сентября в среду и 18 октября в воскресенье. По пасхальному кругу эти числа могли случиться в среду и воскресенье только в 946 и 957 гг. 946 год не может быть принят по некоторым обстоятельствам, указанным в описании Константина, напр., потому, что он упоминает о своих внуках, сыновьях Романа; а в этом году Роман сам был еще дитя. Остается, таким образом, 957 год. Превосходный свод источников и мнений по двум этим вопросам см. у Шлецера в его «Несторе», т. III. См. также «Историю христианства до Владимира» архимандрита Макария и «Историю Русской церкви» проф. Голубинского. Т. 1. Изд. 2-е.
Княгиня Ольга. Крещение. Первая часть трилогии «Святая Русь» С. Кириллова, 1993
При оценке приема, оказанного Ольге византийским правительством, не надобно забывать, что сама она в то время не была властительницею Руси, а только матерью великого князя Русского и княгинею собственно удельною, Вышегородскою. Что касается ее происхождения, заслуживает внимания статья архимандрита Леонида «Откуда была родом св. великая княгиня русская Ольга?» (Рус. Старина. 1888. Июль). Он нашел в одном историч. сборнике XV века известие, что она была родом болгарская княжна – известие довольно вероятное и опровергающее летописную легенду о ее простом происхождении (см. о том в моей Второй дополнит, полемике). См. также исследование проф. Саввы «О времени и месте крещения великой княгини Ольги» в Сборнике Харьковского Истор.-Филологич. Общества. Т. III. 1891 г.
Известие о посольстве Ольги к Оттону и отправлении Адальберта в Россию находится собственно у продолжателя летописи аббата Регинона; а другие летописцы, западные, очевидно, повторяют с его слов, каковы: хроника Кведлинбургская, Ламберт Ашафенбургский, анналы Хильденгеймские и Корвейские, анналист Саксонский. (Свод всех этих известий см. у Шлецера III. стр. 445 – 460.) Что Ольга, едва принявшая крещение по обряду восточному, могла сноситься с немецким двором и по вопросам о церкви, неудивительно. Подобный пример мы имеем у Дунайских Болгар. Царь Борис, принявший крещение от греков, вслед затем обратился в Рим к папе Николаю I с вопросами о христианской вере и с предложением назначить главу Болгарской церкви. Не надобно упускать из виду, что окончательное отделение Восточной церкви от Западной в то время еще не совершилось. Но, с другой стороны, обращение Ольги к немецкому двору с просьбою прислать епископа в Киев было довольно странно, так как сам великий князь Киевский еще продолжал оставаться в язычестве. Вообще упомянутое известие хроники Регинона о посольстве 959 года так же темно и так же подвержено разноречивым толкованиям, как и свидетельство Вертинских летописей о послах Русского кагана при дворе императора Людовика Благочестивого в 839 году. Но и то и другое, несомненно, показывают, что уже в те времена начались посольские сношения между русскими князьями и немецкими императорами.
Княгиня Ольга (~890-969) – Великая Княжна,вдова убитого древлянами Великого КнязяИгоря Рюриковича, что правила Русью замалолетством их сына Святослава. ИмяКнягини Ольги находится в истоке русскойистории, и связано с величайшими событиямиоснования первой династии, с первымутверждением на Руси христианства иярких черт западной цивилизации. Послесмерти простой народ назвал ее хитрой,церковь – святой, история — мудрой.
Святая равноапостольная великая княгиняОльга, во святом крещении Елена,происходила из рода Гостомысла, посовету которого призваны были варягикняжить в Новгороде, родилась в Псковскойземле, в селе Выбуты, в языческой семьеиз династии князей Изборских.
В 903 году она стала супругой великогокнязя Киевского Игоря. После его убийствав 945 году восставшими древлянами непожелавшая выйти замуж вдова возложилана себя бремя государственного служенияпри трехлетнем сыне Святославе. Великаякнягиня вошла в историю как великаясозидательница государственной жизнии культуры Киевской Руси.
В 954 году княгиня Ольга с целью религиозногопаломничества и дипломатической миссииотправилась в Царьград, где с почетомбыла принята императором КонстантиномVII Багрянородным. Ее поразило величиехристианских храмов и собранных в нихсвятынь.
Таинство крещения над нею совершилПатриарх Константинопольский Феофилакт,а восприемником стал сам император. Имярусской княгине наречено было в честьсвятой царицы Елены, обретшей КрестГосподень. Патриарх благословилновокрещенную княгиню крестом, вырезаннымиз цельного куска Животворящего древаГосподня с надписью: «Обновися Русскаяземля Святым Крестом, его же принялаОльга, благоверная княгиня».
По возвращении из Византии Ольгаревностно несла христианское благовестиеязычникам, стала воздвигать первыехристианские храмы: во имя святогоНиколая над могилой первого киевскогокнязя-христианина Аскольда и СвятойСофии в Киеве над могилой князя Дира,храм Благовещения в Витебске, храм воимя Святой и Живоначальной Троицы вПскове, место для которого, по свидетельствулетописца, было ей указано свыше «ЛучемТрисиятельного Божества» — на берегуреки Великой она увидела сходящие снеба «три пресветлых луча».
Преставилась святая княгиня Ольга в969 году 11 июля (ст. стиль), завещав открытосовершить погребение ее по-христиански.Ее нетленные мощи покоились в десятиннойцеркви в Киеве.
Брак с князем Игорем и начало правления
Ольги, княгини Киевской
Предание называет родиной Ольги селоВыбуты неподалеку от Пскова, вверх пореке Великой. Житие святой Ольгиповествует, что здесь впервые состояласьвстреча ее с будущим супругом. Молодойкнязь охотился «в области Псковской»и, желая перебраться через реку Великую,увидел «некоего плывущего в лодке» иподозвал его к берегу. Отплыв от берегав лодке, князь обнаружил, что его везетдевушка удивительной красоты. Блаженнаяже Ольга, уразумев помыслы Игоря,разжигаемого похотью, пресекла беседуего, обратившись к нему, точно мудрыйстарец, с таким увещанием:«Зачемсмущаешься, князь, замышляя делонеисполнимое? Слова твои обнаруживаюттвое бесстыдное желание надругатьсянадо мною, чего да не будет! Я об этом ислышать не хочу. Прошу тебя, послушайсяменя и подави в себе эти нелепые ипозорные помышления, которых нужностыдиться: вспомни и подумай, что тыкнязь, а князю для людей должно быть,как правителю и судье, светлым примеромдобрых дел; ты же теперь близок к какомубеззаконию?! Если сам ты, побежденныйнечистою похотью, будешь совершатьзлодеяния, то как же ты будешь удерживатьот них других и судить справедливо своихподданных? Оставь такое бесстыдноевожделение, которого гнушаются честныелюди; и тебя, хотя ты и князь, последниемогут возненавидеть за это и предатьпозорному осмеянию. Да и то знай, что,хотя я и одна здесь и бессильна посравнению с тобой, ты все-таки не одолеешьменя. Но если бы даже ты мог и одолетьменя, то глубина этой реки мне тотчасже будет защитой: лучше мне умереть вчистоте, похоронив себя в сих водах, чембыть поруганным моему девству». Онаустыдила Игоря, напомнив ему о княжескомдостоинстве правителя и судии, которыйдолжен быть «светлым примером добрыхдел» для своих подданных.
Игорь расстался с ней, храня в памятиее слова и прекрасный образ. Когда пришловремя выбирать невесту, в Киев собралисамых красивых девушек княжества. Нони одна из них не пришлась ему по сердцу.И тогда он вспомнил «дивную в девицах»Ольгу и послал за ней сродника своегокнязя Олега. Так Ольга стала женой князяИгоря, великой русской княгиней.
После женитьбы Игорь отправился в походна греков, а вернулся из него уже отцом:родился сын Святослав. Вскоре Игорь былубит древлянами. Боясь мести за убийствоКиевского князя, древляне отправилипослов к княгине Ольге, предлагая ейвступить в брак со своим правителемМалом.
Месть княгини Ольги древлянам
Древляне после убийства Игоря прислалик его вдове Ольге сватов звать её замужза своего князя Мала. Княгиня последовательнорасправилась со старейшинами древлян,а затем привела к покорности народдревлян. Древнерусский летописецподробно излагает месть Ольги за смертьмужа:
1-я месть княгини Ольги: Сваты, 20 древлян,прибыли в ладье, которую киевляне отнеслии бросили в глубокую яму на дворе теремаОльги. Сватов-послов закопали живьемвместе с ладьёй.
И, склонившись к яме, спросила их Ольга:„Хороша ли вам честь?». Они же ответили:„Горше нам Игоревой смерти». И повелелазасыпать их живыми; и засыпали их..
2-я месть: Ольга попросила для уваженияприслать к ней новых послов из лучшихмужей, что и было с охотой исполненодревлянами. Посольство из знатныхдревлян сожгли в бане, пока те мылись,готовясь к встрече с княгиней.
3-я месть: Княгиня с небольшой дружинойприехала в земли древлян, чтобы по обычаюсправить тризну на могиле мужа. Опоивво время тризны древлян, Ольга велеларубить их. Летопись сообщает о 5 тысячахперебитых древлян.
4-я месть: В 946 году Ольга вышла с войскомв поход на древлян. По НовгородскойПервой летописи киевская дружинапобедила древлян в бою. Ольга прошласьпо Древлянской земле, установила дании налоги, после чего вернулась в Киев.В ПВЛ летописец сделал врезку в текстНачального свода об осаде древлянскойстолицы Искоростеня. По ПВЛ послебезуспешной осады в течение лета Ольгасожгла город с помощью птиц, к ногамкоторых велела привязать зажжённуюпаклю с серой. Часть защитников Искоростенябыли перебиты, остальные покорились.Схожая легенда о сожжении города спомощью птиц излагается также СаксономГрамматиком (XII век) в его компиляцииустных датских преданий о подвигахвикингов и скальдом Снорри Стурлусоном.
После расправы с древлянами Ольга сталаправить Киевской Русью до совершеннолетияСвятослава, но и после этого она оставаласьфактическим правителем, так как её сынбольшую часть времени отсутствовал ввоенных походах.
Правление княгини Ольги
Покорив древлян, Ольга в 947 году отправиласьв новгородские и псковские земли,назначая там уроки (своеобразная мерадани), после чего вернулась к сынуСвятославу в Киев. Ольга установиласистему «погостов» — центров торговлии обмена, в которых более упорядоченнопроисходил сбор податей; затем попогостам стали строить храмы. КнягиняОльга положила начало каменномуградостроительству на Руси (первыекаменные здания Киева — городской двореци загородный терем Ольги), со вниманиемотносилась к благоустройству подвластныхКиеву земель — новгородских, псковских,расположенных вдоль реки Десна и др.
В 945 Ольга установила размеры «полюдья»- податей в пользу Киева, сроки ипериодичность их уплаты — «оброки» и«уставы». Подвластные Киеву землиоказались поделены на административныеединицы, в каждой из которых был поставленкняжеский администратор — «тиун».
На реке Пскове, где она родилась, Ольга,по преданию, основала город Псков. Наместе видения трех светоносных лучейс неба, которого в тех краях сподобиласьвеликая княгиня, был воздвигнут храмСвятой Живоначальной Троицы.
Константин Багрянородный в сочинении«Об управлении империей» (гл. 9), написанномв 949 году, упоминает, что «приходящие извнешней Росии в Константинополь моноксилыявляются одни из Немогарда, в которомсидел Сфендослав, сын Ингора, архонтаРосии».
Из этого короткого сообщения следует,что к 949 году власть в Киеве держал Игорь,либо, что выглядит маловероятным, Ольгаоставила сына представлять власть всеверной части своей державы. Такжевозможно, что Константин имел сведенияиз ненадёжных или устаревших источников.
Житие так повествует о трудах Ольги: «Иуправляла княгиня Ольга подвластнымией областями Русской земли не какженщина, но как сильный и разумный муж,твердо держа в своих руках власть имужественно обороняясь от врагов. Ибыла она для последних страшна, своимиже людьми любима, как правительницамилостивая и благочестивая, как судияправедный и никого не обидящий, налагающийнаказание с милосердием, и награждающийдобрых; она внушала всем злым страх,воздавая каждому соразмерно достоинствуего поступков, но всех делах управленияона обнаруживала дальновидность имудрость.
При этом Ольга, милосердная по душе,была щедродательна нищим, убогим ималоимущим; до ее сердца скоро доходилисправедливые просьбы, и она быстро ихисполняла… Со всем этим Ольга соединялавоздержанную и целомудренную жизнь,она не хотела выходить вторично замуж,но пребывала в чистом вдовстве, соблюдаясыну своему до дней возраста его княжескуювласть. Когда же последний возмужал,она передала ему все дела правления, асама, устранившись от молвы и попечении,жила вне забот управления, предаваясьделам благотворения».
Как мудрая правительница, Ольга виделана примере Византийской империи, чтонедостаточно забот лишь о государственнойи хозяйственной жизни. Необходимо былозаняться устроением религиозной,духовной жизни народа.
Автор «Степенной книги» пишет: «Подвигее (Ольги) в том был, что узнала онаистинного Бога. Не зная законахристианского, она жила чистой ицеломудренной жизнью, и желала она бытьхристианкой по свободной воле, сердечнымиочами путь познания Бога обрела и пошлапо нему без колебания». ПреподобныйНестор летописец повествует: «БлаженнаяОльга с малых лет искала мудрости, чтоесть самое лучшее в свете этом, и нашламногоценный жемчуг — Христа».
Молитва первая
О святая равноапостольная великаякнягине Ольго, первоугоднице русская,теплая о нас пред Богом ходатаице имолитвеннице. К тебе прибегаем с вероюи молимся с любовию: буди нам во всем коблагу помощница и споспешница и, якожево временней жизни тщалася еси просветитипраотцы наша светом святыя веры инаставити я творити волю Господню, такои ныне, в небесней пребывая светлости,благоприятными твоими к Богу молитвами,вспомоществуй нам в просвещении ума исердца нашего светом Евангелия Христова,да преспеваем в вере, благочестии илюбви Христове. В нищете и скорби сущияутеши, бедствующим подаждь руку помощи,обидимыя и напаствуемыя заступи,заблудшия от правыя веры и ересьмиослепленныя вразуми, и испроси нам увсещедраго Бога вся благая и полезнаяв жизни временней и вечней, да такоблагоугодне зде поживше, сподобимсянаследия благ вечных в безконечнемЦарствии Христа Бога нашего, Емуже соОтцем и Святым Духом подобает всякаяслава, честь и поклонение всегда, нынеи присно и во веки веков. Аминь
Молитва вторая
О святая равноапостольная княгинеОльго, приими убо похвалу от нас,недостойных раб Божиих (имена), предчестною твоею иконою молящихся и смиреннопросящих: огради нас твоими молитвамии заступлением от напастей и бед, ипечалей, и лютых грехов; еще же и отбудущих мук избави ны, честно творящиясвятую память твою и славящия прославльшаготя Бога, во Святей Троице прославляемаго,Отца и Сына и Святаго Духа, ныне и приснои во веки веков. Аминь
Молитва вторая
О великая угоднице Божия, богоизбраннаяи богопрославленная, равноапостольнаявеликая княгине Ольго! Ты отринула есизловерие и нечестие языческое, уверовалаеси во Единаго Истиннаго ТриипостаснагоБога и восприяла еси святое крещение иположила еси начало просвещения землиРоссийския светом веры и благочестия.Ты еси духовная родоначальнице наша,ты по Христе Спасителе нашем перваявиновница просвещения и спасения роданашего. Ты еси теплая молитвенница иходатаица о царстве всероссийстем, оцарех его, народоправителех, воинствеи о всех людех. Сего ради смиренно молимтя: призри на немощи наша и умолипремилосердаго Царя Небеснаго, да непрогневается на ны зело, яко по немощемнашим по вся дни согрешаем, да не погубитнас со беззаконьми нашими, но да помилуети спасет нас по милости Своей, да всадитв сердца наша спасительный страх Свой,да просветит Своею благодатию ум наш,во еже разумети нам пути Господни,оставити стези нечестия и заблуждений,тщатися же во стезях спасения и истины,неуклоннаго исполнения заповедей Божиихи уставов Святыя Церкве. Моли, блаженнаяОльго, Человеколюбца Бога, да пробавитнам великую милость Свою: да избавитнас от нашествия иноплеменных, отвнутренних нестроений, мятежей ираздоров, от глада, смертоносных болезнейи от всякаго зла; да подаст намблагорастворение воздуха и плодоносиеземли, да даст пастырем ревность оспасении пасомых, всем же людем споспешениео еже усердно службы своя исправляти,любовь между собою и единомыслие имети,на благо Отечества и Святыя Церкве вернеподвизатися, да возсияет свет спасительныяверы в Отечестве нашем, во всех концехего; да обратятся к вере неверующии, даупразднятся вся ереси и расколы; да такопоживше в мире на земли, сподобимся стобою вечнаго блаженства на небеси,хваляще и превозносяще Бога во векивеков. Аминь
Крещение святой равноапостольнойкнягини Ольги
«Блаженная Ольга с малых лет искаламудрости, что есть самое лучшее в светеэтом,
и нашла многоценный жемчуг — Христа»
Сделав свой выбор, великая княгиняОльга, поручив Киев подросшему сыну,отправляется с большим флотом вКонстантинополь. Древнерусские летописцыназовут это деяние Ольги «хождением»,оно соединяло в себе и религиозноепаломничество, и дипломатическую миссию,и демонстрацию военного могуществаРуси. «Ольга захотела сама сходить кгрекам, чтобы своими глазами посмотретьна службу христианскую и вполне убедитьсяв их учении об истинном Боге», — повествуетжитии святой Ольги. По свидетельствулетописи, в Константинополе Ольгапринимает решение стать христианкой.Таинство Крещения совершил над нейпатриарх Константинопольский Феофилакт(933 — 956), а восприемником был императорКонстантин Багрянородный (912 — 959),оставивший в своем сочинении «О церемонияхвизантийского двора» подробное описаниецеремоний во время пребывания Ольги вКонстантинополе. На одном из приемоврусской Княгине было поднесено золотое,украшенное драгоценными камнями блюдо.Ольга пожертвовала его в ризницу собораСвятой Софии, где его видел и описал вначале XIII века русский дипломат ДобрыняЯдрейкович, впоследствии архиепископНовгородский Антоний: «Блюдо великозлато служебное Ольги Русской, когдавзяла дань, ходивши в Царьград: во блюдеже Ольгине камень драгий, на том же камнинаписан Христос».
Летописное сказание о предшествовавшихкрещению Ольги событиях весьмасвоеобразно. Вот Ольга ждет, ждет долго,месяцами, когда ее примет император. Еедостоинство великой княгини получаеттяжкое испытание, как и испытываетсяее стремление получить истинную веру,стать сопричастной вере через СвятоеКрещение. Главное испытание – передсамим крещением. Это знаменитое«предложение руки и сердца» восхищенногорусской княгиней византийскогоимператора. И летописная версия, думается,не точна. По ней, по летописи Ольгаукоряет императора, как, мол, можнодумать о браке до крещения, а вот послекрещения – посмотрим. И просит императорабыть ее восприемником, т.е. крестнымотцом. Когда же после крещения императорвозвращается к своему брачномупредложению, Ольга напоминает ему, чтобрака между «кумовьями» быть не может.И восхищенный император восклицает:«Перехитрила ты меня, Ольга!»
В этом сообщении есть безусловнаяисторическая основа, но есть и искажение,возможно, «по разуму» сохранившихпредание. Историческая правда угадываетсяв следующем. На троне «всемирной»Византийской империи был тогда КонстантинПорфирогенет (т. е. «Багрянородный»).Это был человек более чем незаурядногоума (он автор знаменитой книги «Обуправлении империи», в которой содержитсяи известие о начале Российской Церкви).Константин Порфирогенет был прожженныйполитик и политик удачливый. И уж,конечно, он был достаточно образован,чтобы помнить о невозможности бракамежду крестным отцом и крестной дочерью.В этом эпизоде видна «натяжка»летописателя. Но, правда в том, что«предложение руки и сердца» скореевсего, было. И было оно, вероятно, вполнев духе знаменитого византийскогоковарства, а не простодушного восхищения«варварской», в восприятии византийца,княгиней далекой Руссии. Поставило жеэто предложение русскую княгиню в весьманеприятное положение.
Вот какова должна была быть подлинно«византийская» по хитрости сутьимператорского «предложения руки исердца», его подтекст.
«Ты, пришелица, княгиня далекого, номощного государства, которое населяютчестолюбивые воители, не раз ужепотрясавшие стены «столицы мира»Царьграда, где сейчас ты ищешь истиннойВеры. О том, каков воин твой сын, Святослав,слава гремит по всем странам и намизвестна. И о тебе мы знаем, сколь тысильна духом, властная рука твоя держитв покорности множество племен, населяющихтвою землю. Так зачем же пришла ты,княгиня из рода завоевателей-честолюбцев?Действительно ли ты хочешь получитьистинную Веру и только? Вряд ли! И я,император, и мой двор подозреваем, что,приобретая крещение и становясь намединоверной, ты хочешь приблизиться ктрону византийских императоров.Посмотрим, как ты обойдешься с моимпредложением! Так ли ты мудра, как обэтом идет слава! Ведь отказать императорувпрямую – это пренебрежение оказанной«варварке» честью, прямое оскорблениеимператорскому трону. А если ты, княгиня,несмотря на свой солидный возраст,согласишься стать императрицей Византии,то тогда ясно, зачем ты к нам пришла.Ясно, почему ты, несмотря на уязвленнуюгордость, месяцами ждала императорскогоприема! Ты такая же честолюбивая иковарная, как и все твои предки варяги.Но мы не допустим, чтобы вы, варвары,были на троне благородных ромеев. Вашеместо – место наемных воинов -служитьромейской империи».
Ответ Ольги прост и мудр. Ольга не толькомудра, но и находчива. Благодаря своемуответу, она сразу получает искомое –Крещение в Православную Веру. Ее ответ– это ответ и политика, и христианки:«За честь породниться с великимМакедонским (так называлась правящаятогда династия) императорским домомблагодарю. Давай, император, породнимся.Но родство наше будет не по плоти, адуховное. Будь моим восприемником,крестным отцем!»
«Мне, княгине, и нам, русским христианам,нужна истинная, спасительная Вера,которой вы, византийцы, богаты. И только.А ваш залитый кровью, опозоренный всемипороками и преступлениями трон нам ненужен. Мы будем созидать свою страну наосновании общей с вами Веры, а остальноеваше (и трон тоже) пусть остается у вас,как данное Богом на ваше попечение».Такова суть ответа святой Ольги, которыйоткрыл ей и России путь к Крещению.
Патриарх благословил новокрещеннуюрусскую княгиню крестом, вырезанным изцельного куска Животворящего ДреваГосподня. На кресте была надпись:«Обновися Русская земля Святым Крестом,его же приняла Ольга, благовернаякнягиня».
В Киев Ольга вернулась с иконами,богослужебными книгами — началось ееапостольское служение. Она воздвиглахрам во имя святителя Николая над могилойАскольда — первого Киевскогокнязя-христианина и многих киевлянобратила ко Христу. С проповедью верыотправилась княгиня на север. В Киевскихи Псковских землях, в отдаленных весях,на перекрестках дорог воздвигала кресты,уничтожая языческие идолы.
Святая Ольга положила начало особенногопочитания на Руси Пресвятой Троицы. Извека в век передавалось повествованиео видении, бывшем ей около реки Великой,неподалеку от родного села. Она увидела,что с востока сходят с неба «три пресветлыхлуча». Обращаясь к своим спутникам,бывшим свидетелями видения, Ольгасказала пророчески: «Да будет вам ведомо,что изволением Божиим на этом местебудет церковь во имя Пресвятой иЖивотворящей Троицы и будет здесьвеликий и славный град, изобилующийвсем». На этом место Ольга воздвиглакрест и основала храм во имя СвятойТроицы. Он стал главным собором Пскова- славного града русского, именовавшегосяс тех пор «Домом Святой Троицы».Таинственными путями духовного преемствачерез четыре столетия это почитаниепередано было преподобному СергиюРадонежскому.
11 мая 960 года в Киеве освятили храм СвятойСофии — Премудрости Божией. Этот деньотмечался в Русской Церкви как особыйпраздник. Главной святыней храма сталкрест, полученный Ольгой при крещениив Константинополе. Храм, построенныйОльгой, сгорел в 1017 году, и на его местоЯрослав Мудрый воздвиг церковь святойвеликомученицы Ирины, а святыни СофийскогоОльгина храма перенес в доныне стоящийкаменный храм Святой Софии Киевской,заложенный в 1017 году и освященный около1030 года. В Прологе XIII века об Ольгиномкресте сказано: «Иже ныне стоит в Киевево Святой Софии в алтаре на правойстороне». После завоевания Киевалитовцами Ольгин крест был похищен изСофийского собора и вывезен католикамив Люблин. Дальнейшая его судьба неизвестна.Апостольские труды княгини встречалитайное и открытое сопротивлениеязычников.
Равноапостольной Княгине Ольге
Богомудрая княгиня, православныхберегиня,
Со апостолами вкупе прославляешь тыТворца.
Пусть, как раньше, так и ныне, по мольбамтвоим, княгине,
Своим светом невечерним просветит намБог сердца.
Многих жен ты, Ольго, краше и к тебе,княгине нашей,
Мы молитвы обращаем, чтоб в тебе Творцапрославить.
Не отрини нас, княгине, и услышь, как всемы ныне
Тебя слезно умоляем нас во веки неоставить!
Среди мирских кумиров и знамен,
Живой родник – питает имя «Оля»,
Суровость древних княжеских времен,
И звон копыт по утреннему полю…
По вечности, как Родина, как Русь,
Как шум реки, как шелест листопада,
В нем есть весны задумчивая грусть
И легкий шепот утреннего сада.
В нем жизнь, и свет, и слезы, и любовь,
И роскошь разгулявшегося лета,
Из глубины веков идущий зов,
И песня, что пока еще не спета.
В нем буйство ветра, полноводье чувств,
Восход зари задумчивый и строгий,
Надежды свет, потерь щемящий груз,
И чьих-то грез зовущая дорога.
Роман Маневич
Рыдала Ольга на могиле мужа.
В земле древлянской княже погребён,
Где вороньё в померкшем небе кружит,
И подступает лес со всех сторон.
Пронёсся плач сквозь тёмные дубравы,
Через тропу зверей и бурелом…
А мнилась ей речная переправа
И любый сердцу, добрый отчий дом…
Оттуда Ольгу, скромную девицу,
Когда упал на землю первый снег,
Забрали в терем, в Киев — град, столицу:
Так повелел Великий князь Олег.
Простолюдинку Игорю сосватав,
Он в Ольге стать и гордость усмотрел:
«Ей место только в княжеских палатах,
Княгиней быть назначен ей удел!»
Нет Игоря… Убийцы мужа — смерды —
Жизнь загубили, отняли любовь…
Отправив тризну мужу, Ольга смертью
Жестокой покарала: «Кровь за кровь!»
Пылали жалкие лачуги непокорных,
Валялись трупы на земле древлян
Как пища псов, и в наготе позорной
Являли ужас для мирских селян.
Суров закон язычников. А местью
И смертью можно только устрашать.
Но из народа выбрал князь невесту,
И ей — народом этим управлять.
Вокруг — враги. И злобные наветы.
Непослушание и происки князьков…
Прослышала княгиня: в мире где-то
Есть вера не в языческих богов
И поклонение не идолам, а Богу.
Признание Единого Творца!
Отправилась княгиня в путь-дорогу,
Чтоб на Руси оттаяли сердца.
И веру, милосердную, святую,
Одна из первых Ольга приняла.
Благословенье в вотчину родную
Как светлый, добрый разум принесла.
Спокон веков сильна была Россия
Не сказочным убранством городов —
В священной вере Русь питала силы,
Канон которой: К БЛИЖНЕМУ ЛЮБОВЬ.
Валентина Кайль
[Начало страницы]
Последние годы жизни
святой княгини Ольги
Среди бояр и дружинников в Киеве нашлосьнемало людей, которые, по словам летописцев«возненавидели Премудрость», как исвятую Ольгу, строившую Ей храмы.Ревнители языческой старины все смелееподнимали голову, с надеждой взирая наподрастающего Святослава, решительноотклонившего уговоры матери принятьхристианство. «Повесть временных лет»так повествует об этом: «Жила Ольга ссыном своим Святославом, и уговаривалаего мать креститься, но пренебрегал онэтим и уши затыкал; однако если кто хотелкреститься, не возбранял тому, нииздевался над ним… Ольга часто говорила:«Сын мой, я познала Бога и радуюсь; воти ты, если познаешь, тоже начнешьрадоваться». Он же, не слушая сего,говорил: «Как я могу захотеть один верупеременить? Мои дружинники этому смеятьсябудут!» Она же говорила ему: «Если тыкрестишься, все так же сделают». Он же,не слушая матери, жил по языческимобычаям.
Много скорбей пришлось пережить святойОльге в конце жизни. Сын окончательнопереселился в Переяславец на Дунае.Пребывая в Киеве, она учила своих внуков,детей Святослава, христианской вере,но не решалась крестить их, опасаясьгнева сына. Кроме того, он препятствовалее попыткам утверждения христианствана Руси. Последние годы, среди торжестваязычества, ей, когда-то всеми почитаемойвладычице державы, крестившейся отВселенского патриарха в столицеПравославия, приходилось тайно держатьпри себе священника, чтобы не вызватьновой вспышки антихристианскихнастроений. В 968 г. Киев осадили печенеги.Святая княгиня с внуками, среди которыхбыл и князь Владимир, оказались всмертельной опасности. Когда весть обосаде достигла Святослава, он поспешилна помощь, и печенеги были обращены вбегство. Святая Ольга, будучи уже тяжелобольной, просила сына не уезжать до еекончины.