Союз 17 октября лидер. Октябристы Партия «Союз 17 октября» (октябристы)

8 (21) февраля 1906 г. в Москве открылся I Всероссийский съезд партии «Союз 17 октября». На съезде, проходившем до 12 (25) февраля, завершилось окончательное оформление структуры и организации партии октябристов.

Партия «Союз 17 октября» возникла в 1905 г. после изданияМанифеста 17 (30) октября «Об усовершенствовании государственного порядка», даровавшего гражданам России политические права и свободы. В числе основателей и членов «Союза17 октября» находились видные земские деятели (граф П. А. Гейден, М. А. Стахович, князь Н. С. Волконский), столичные профессора, адвокаты, деятели науки и культуры (Л. Н. Бенуа, В. И. Герье, Ф. Н. Плевако, В. И. Сергеевич), издатели и журналисты (Н. Н. Перцов, А. А. Столыпин, Б. А. Суворин), представители торгово-промышленного мира и банковских кругов (Н. С. Авдаков, Э. Л. Нобель, братья Рябушинские). Возглавил партию крупный московский домовладелец и промышленник А. И. Гучков.

К весне 1906 г. в стране действовало 260 отделов партии «Союз 17 октября», большинство из них возникло в губерниях Европейской России с относительно развитым дворянским землевладением; на национальных окраинах империи число октябристских организаций было невелико. В Москве и Петербурге существовали отделения Центрального комитета партии, а также городские советы, которые направляли деятельность районных партийных организаций. Печатным органом партии были газеты «Голос Москвы», «Слово» и др. В 1906 г. октябристы издавали до 50-ти газет на русском, немецком и латышском языках.

Партия октябристов представляла и защищала интересы помещиков. Они отстаивали «сильную монархическую власть», считая закономерными все её действия, направленные на подавление революционной ситуации в стране. В своей программе октябристы поддерживали политику российского правительства, выступая за сохранение единства и нераздельности Российской империи, конституционную монархию, в которой император, как носитель верховной власти, должен был быть ограничен постановлениями «Основных законов». Гражданские права в программе октябристов включали свободу совести и вероисповедания, неприкосновенность личности и жилища, свободу слова, собраний, союзов, передвижения.

Аграрный вопрос «Союз 17 октября» предлагал решить путём уравнения крестьян в гражданских и имущественных правах с другими сословиями, содействия расселению и переселению крестьян, облегчения их выхода из общины, признания государственных и удельных земель фондом для наделения ею крестьян, а также содействие покупке земли крестьянами у частных владельцев при посредстве Крестьянского банка. Октябристы активно поддерживалиаграрную реформу П. А. Столыпина.

Члены «Союза» признавали свободу рабочих организаций, союзов, собраний и право рабочих на стачки на почве экономических, профессиональных и культурных нужд. Они были сторонниками расширения народного образования, декларировали необходимость реформы суда и административного управления. Октябристы выступали за ограничение продолжительности рабочего дня, введение страхования рабочих, а также требовали сокращения налогового обложения населения.

В ноябре 1913 г. на конференции «Союза 17 октября» резко был подвергнут критике курс российского правительства. Предметом особой тревоги лидеров «Союза» явилось нарастание кризисных явлений в политической жизни страны. Уже в декабре 1913 г. думская фракция октябристов раскололась на три части. Первая мировая война привела к окончательной дезорганизации «Союза».

В июле 1915 г. было прекращено издание газеты «Голос Москвы», а вскоре — и деятельность самой партии. Однако вплоть до лета 1917 г. некоторые крупные деятели «Союза 17 октября» (А. И. Гучков, М. В. Родзянко, И. В. Годнев) продолжали играть заметную роль в политической жизни России.

Лит.: ПавловД.Б., ШелохаевВ.В. Союз 17октября// Политические партии России: история и современность. М., 2000; Петрово-СолововоВ.М. «Союз 17октября», его задачи и цели, его положение среди других политических партий. М., 1906; Программы главнейших русских партий. М., 1917; Рохас ПардоМ.У. Социальная программа партии «Союз 17октября» и её реализация в Государственной Думе России, 1906-1914гг.: дисс. … канд. ист. наук. Воронеж, 2003; Союз 17октября [Электронный ресурс]// Хронос. 2000.URL:http://www.hrono.ru/organ/ukaz_s/soyuz17okt.php; Союз 17октября [Электронный ресурс]// Томское краеведение. Б.д.URL:http://tomskhistory.lib.tomsk.ru/page.php?id=1773; ШелохаевВ.В. Партия октябристов в период первой российской революции. М., 1987.

См. также в Президентской библиотеке:

Сборник программ политических партий в России: в 2-х вып. / Под ред. В. Водовозова. СПб., 1905-1906. Вып. 2. 1906

.

Александр Гучков родился 27 октября 1862 года в городе Москва. Происходил Александр Иванович из семьи старинного московского купечества. После окончания гимназии в 1881 году продолжил образование на историко-филологическом факультете Московского университета. Затем купеческий сын уехал в Германию, где слушал лекции по истории и философии в Берлинском и Гейдельбергском университетах, готовя себя к научной карьере. Но жизнь распорядилась иначе.

В 1886 году почётный мировой судья в Москве. В 1892 — 1893 годах участвовал в помощи голодающим в Лукояновском уезде Нижегородской губернии.

С 1893 года был членом Московской городской управы. При его участии было завершено строительство мытищинского водопровода и проведена первая очередь канализации.

С 1896 году по 1897 год был товарищ московского городского головы. С 1897 — гласный Московской городской думы, был членом железнодорожной, водопроводной и канализационной комиссий, а также комиссий о газовом освещении, о страховании наёмного труда, по разработке вопроса о призрении беспризорных и бесприютных детей.

В конце 1897 года поступил на службу в охранную стражу Китайской Восточной железной дороги и был зачислен младшим офицером в казачью сотню. С декабря 1897 года по февраль 1899 года служил в Маньчжурии, а затем уволился в запас и возвратился в Москву.

К числу поразивших воображение современников эскапад Александра Ивановича Гучкова относилась его экспедиция в Южную Африку в 1900 году, куда он вместе с братом Федором прибыл в качестве волонтера для борьбы на стороне буров в войне против Англии. В течение нескольких месяцев он принимал участие в боевых действиях, попал в плен к англичанам, был ранен в ногу. В этой военной кампании Александр Иванович проявил храбрость, граничившую с безрассудством. Кстати, эту черту характера отмечали даже недоброжелатели.

В январе 1904 года началась русско-японская война, и по поручению городской думы в качестве ее представителя и помощника главноуполномоченного Общества Красного Креста в марте Александр выехал на театр военных действий, а в конце года занял пост главноуполномоченного.

После поражения русской армии Главноуполномоченный Красного Креста с возмущением наблюдал трусливое бегство многих лиц из числа обслуживающего персонала госпиталей, оставлявших раненых на произвол судьбы. В этой ситуации он принял чрезвычайно смелое и благородное решение: остаться в Мукдене вместе с не эвакуированными солдатами и содействовать передаче госпиталей японской армии в соответствии с международными нормами.

Поступок произвел большое впечатление на современников. Александр Гучков стал одним из основателей партии «Союз 17 октября», а также авторов ее программных документов. Основал октябристскую газету «Голос Москвы», в которой вел упорную борьбу с кадетами.

Позднее вступил пайщиком в издательство «Нового Времени». В декабре 1905 года, при обсуждении в московской городской думе вопроса о мероприятиях по поводу московского восстания.

Не имея возможности при действии избирательного закона 1905 года попасть в Государственную думу в Москве, Гучков в конце 1906 г. для приобретения ценза взял в аренду мукомольную мельницу в Каширском уезде, Тульской губернии, но ценз этот был опротестован губернатором, и во II Думу Гучков не попал.

В мае 1907 года он был избран представителями промышленности и торговли членом государственного совета, но в октябре 1907 года отказался от этого звания, предпочитая выставить свою кандидатуру в III Государственную думу, куда и был избран по первой городской курии города Москвы.

В Государственной думе, как лидер партии октябристов, он сразу занял очень видное положение. Почти все время он был членом комиссий государственной обороны, до 1910 года был председателем.

Он отстаивал свободу старообрядцев, возражал против новых кредитов на постройку броненосцев. Его думская деятельность вызывала его на постоянные конфликты с другими депутатами. Он вызвал на дуэль Милюкова, которая не состоялась, оскорбил графа Уварова и отказался от вызова на третейский суд, после чего Уваров вызвал его на дуэль в 1909 году. Гучков легко ранил Уварова и был приговорен к заключению в крепости на 4 недели, но по Высочайшему повелению отбыл только одну неделю.

В 1910 году 8 марта после отказа Н.А. Хомякова от звания председателя Государственной думы, на этот пост большинством, 221 голос против 68 был избран Гучков. В своей благодарственной за избрание речи Гучков заявил, что он «убежденный приверженец конституционно-монархического строя», что думе придется «считаться, а может быть, и сосчитаться с государственным советом» и обещал охранять «ту независимость слова, свободу критики, с которыми связана трибуна» Государственной думы.

После того как в марте 1911 года были прерваны на три дня заседания Государственной думы и государственного совета для проведения, в порядке статьи 87 основного закона, законопроекта о земстве в западных губерниях, Гучков в виде протеста сложил с себя полномочия председателя и вновь стал рядовым депутатом. На выборах в IV Думу в 1912 году он выбран не был. В 1912 году он был избран гласным Санкт-Петербургской городской думы.

В 1935 году Гучков тяжело заболел. Врачи поставили диагноз — рак кишечника и скрывали это от своего пациента. Будучи больным, Гучков работал и верил в своё выздоровление.

Александр Иванович Гучков скончался 1936 году 14 февраля от рака кишечника в Париже, 17 февраля состоялась заупокойная литургия, где собралась вся элита белой эмиграции. По воле Гучкова, его тело было кремировано, а урна с прахом замурована в стене колумбария на парижском кладбище Пер-Лашез.

Программа, организационное строение и социальный состав партии

Союз 17 октября вместе с примыкавшими к нему партиями и организациями представлял собой правый фланг российского либерализма и занимал промежуточное положение между конституционными демократами и правыми радикалами.

Октябризм как политическое течение возник и начал организационно оформляться на основе «меньшинства» земско-городских съездов. Партийное размежевание в либеральном лагере в основном закончилось после издания Манифеста 17 октября 1905 года. Посчитав, что в России созданы необходимые политические предпосылки для движения по пути к конституционной монархии, будущие октябристы приступили к созданию партии, взяв в качестве названия дату издания царского Манифеста.

Организационно Союз 17 октября начал складываться в последних числах октября 1905 года, когда в Москве, а затем в Петербурге состоялось несколько встреч либеральных земцев с представителями крупной буржуазии. Помимо разработки программных вопросов на этих совещаниях шло формирование руководящих органов Союза — Московского и Петербургского отделений ЦК. В ноябре на происходившем в Москве земско-городском съезде будущие октябристы выступили уже более или менее сплоченной группой. В своем «особом мнении» по поводу принятой съездом общеполитической резолюции они высказались за оказание правительству помощи и поддержки «в водворении порядка ради скорейшего созыва Государственной думы», против прямых выборов в Думу и превращения ее в Учредительное собрание. Кроме того, в резолюции «меньшинства» решительно отвергались предоставление автономии Польше, как и повсеместная и немедленная отмена «исключительных мер и военных положений» ввиду «революционного состояния страны».

Ноябрьский земско-городской съезд совпал с выработкой октябристами основ своей программы, первый вариант которой был опубликован в газете «Слово» 9 ноября. На съезде в число лидеров складывающейся партии выдвинулся один из братьев Гучковых — Александр. Потомственный почетный гражданин Александр Иванович Гучков (1862 — 1936), происходивший из семьи известных московских предпринимателей, с 1902 года был директором Московского учетного банка. Общественную известность и репутацию смелого, решительного человека и патриота он приобрел в годы русско-японской войны, в которой принял участие в качестве главного уполномоченного Российского общества Красного Креста. Как политик Гучков дебютировал осенью 1905 года на сентябрьском земско-городском съезде, на котором заявил, что критерием политической «вражды» или «союза» для него служат вопросы об автономии Польши и о «децентрализации законодательства» (сам он, конечно, был ярым противником и того, и другого). Эта же националистическая нота прозвучала в выступлениях Гучкова и на ноябрьском земско-городском съезде. Вскоре А.И.Гучков занял пост товарища председателя Московского отделения ЦК Союза 17 октября, а в 1906 году стал единоличным лидером октябристов, оставаясь таковым в течение всего времени существования партии.

Патриарх земского движения, крупный землевладелец Д.Н.Шипов и предприниматели братья А.И., Н.И. и Ф.И.Гучковы были представителями двух социально-политических слоев, из которых возник октябризм: дворянско-землевладельческого и торгово-промышленного. Очень скоро к ним добавились и представители дворянско-бюрократического слоя. Глашатаем его интересов в октябристской среде стала целая группа петербургских членов Союза во главе с действительным статским советником бароном П.Л.Корфом, первым председателем Петербургского отделения ЦК Союза, и тайным советником М.В.Красовским, его заместителем (товарищем).

Помимо отделений Центрального комитета, в состав которого уже к началу 1907 года входило свыше 70 человек, до конца 1905 года в обеих столицах были созданы Городские советы Союза 17 октября, направлявшие деятельность районных партийных организаций, а также 60 отделов Союза на местах. Всего в 1905 — 1907 годах конституировалось 260 отделовСоюза 17 октября, причем основная их масса (около 200) возникла в период выборов в І Думу. Крупнейшими организациями октябристов на всем протяжении существования партии были Московская и Петербургская. Численность последней уже к концу декабря 1905 года перевалила за 5 тысяч. Общую численность членов партии в годы первой революции можно определить в 75— 77 тысяч человек. Местные отделы октябристов легко распадались и столь же легко возобновляли свою деятельность в период избирательных кампаний, с тем чтобы вновь прекратить ее на время работы очередной Государственной думы. Учитывая пассивность большинства членов Союза, следует подчеркнуть, что реальное влияние октябристов на политическую жизнь страны было отнюдь не пропорционально столь внушительным масштабам их организации.

Географически подавляющее большинство местных отделов Союза 17 октября возникло в земских губерниях Европейской России с относительно развитым дворянским землевладением. В губерниях же неземских и особенно национальных окраинах империи число октябристских организаций было невелико. Немногим больше было и количество октябристских отделов, созданных в сельской местности, — всего порядка 30. Кроме собственных организаций Союза 17 октября в ряде городов возникли немногочисленные студенческие фракции октябристов, а также их немецкие группы. Наконец, в 1905 — 1906 годах к партии на автономных началах присоединились 23 политические организации, родственные ей в программно-тактическом отношении.

Организационно Союз 17 октября был задуман, как «объединение всех партий центра, независимо от их второстепенных отличий и оттенков», а потому был весьма рыхлым образованием. С самого начала в октябристской среде получило распространение допускавшееся уставом параллельное членство в других партиях и организациях. Само членство в Союзе 17 октября не влекло за собой обязательного выполнения каких-либо специальных партийных поручений, как и уплату фиксированных членских взносов. Несмотря на то, что с 1906 года лидеры октябристов пытались внедрить в практику чисто партийные методы руководства Союзом, многие рядовые члены партии продолжали рассматривать его скорее как дискуссионный клуб, но не как организацию, предполагавшую наличие строгой дисциплины и иерархичности. Непостижимым образом это «свободолюбие» уживалось с возвеличиванием А.И.Гучкова, восхваление заслуг и персональные здравицы в адрес которого стали обязательным атрибутом всех общепартийных форумов, начиная с 1907 года.

Октябристам всегда была абсолютно чуждой столь характерная для членов революционных партий готовность пожертвовать всем ради достижения партийных целей. Именно поэтому Союз 17 октября, объединявший людей вполне состоятельных, а иногда и очень богатых, испытывал хронические финансовые затруднения.

Как правило, в Союз 17 октября вступали люди зрелого возраста и высокого образовательного ценза, со вполне определившимся и весьма солидным общественным положением. Большинство октябристов принадлежало к поколению, давшему российскому освободительному движению целую плеяду революционеров-«восьмидесятников». Однако лишь немногие из них отдали дань юношескому радикализму, предпочитая служить России иным, законным путем. Союз 17 октября привлекал в свои ряды крупнейших представителей просвещенного чиновничества.

Если попытаться нарисовать социальный портрет некоего усредненного октябриста, то он будет выглядеть примерно так: мужчина 47 — 48 лет, потомственный дворянин (реже купец, потомственный почетный гражданин), с высшим образованием (чаще юридическим или вообще гуманитарным), чиновник V — VIII классов, житель города одной из земских губерний, член совета банка или акционерного предприятия, земле- и домовладелец, нередко земский или городской гласный.

Вопреки расчетам создателей Союза 17 октября привлечь в свою партию представителей демократических слоев населения, в первую очередь рабочих и крестьян, им не удалось. Созданные в конце 1905 года Рабочая партия Союза 17 октября и одноименный Крестьянский союз никогда не были массовыми.

В целом по своей социальной природе Союз 17 октября был партией служилого дворянства (еще не полностью порвавшего, однако, с традиционными дворянскими занятиями) и крупной, частично «одворяненной» торгово-промышленной и финансовой буржуазии.

Разработка программы Союза 17 октября прошла несколько этапов. Первый из них относится к ноябрю 1905 года, когда были изданы упомянутый и весьма общий ее первый вариант, а затем и программное воззвание, подписанное 33 членами ЦК партии первого состава. Второй период охватывает 1906 и первую половину 1907 года, когда на І съезде Союза 17 октября (февраль 1906 года) программа была принята в значительно расширенном и доработанном виде, а на ІІ съезде (май 1907 года) — подвергнута некоторой редакционной обработке. Наконец, третий период включает в себя работу двух партийных конференций (в октябре 1907 и ноябре 1913 года), а также ІІІ съезда Союза 17 октября (октябрь 1909 года). Особенностью этого периода было то, что программные положения в это время конкретизировались и дорабатывались с прицелом на их внесение в Думу в качестве законопроектов.

Центральное место в программеСоюза 17 октября занимал вопрос о характере и структуре государственной власти в России. «Российская империя, — говорилось в первом ее параграфе, — есть наследственная конституционная монархия, в которой император, как носитель верховной власти, ограничен постановлениями Основных законов». Таким образом, октябристы заявляли о себе как о противниках идеи сохранения неограниченной власти монарха.

Выступая за упразднение неограниченного самодержавия, октябристы вместе с тем категорически возражали против введения в России парламентского строя, считая его неприемлемым как с исторической, так и с политической точек зрения. Характерно, что октябристы, правда, не без некоторых колебаний, признали целесообразным сохранить за конституционным монархом титул «самодержавный», видя в этом титуле «историческое достояние» России.

Согласно выработанной октябристами схеме, в структуру высшей государственной власти России должны были войти монарх, царствующий и управляющий одновременно, и двухпалатное народное представительство, формируемое на основе цензовых выборов, прямых — в городах и двустепенных — в остальных местностях. Так представляли себе октябристы способ формирования нижней палаты Государственной думы. Что же касается верхней законодательной палаты — Государственного совета — смысл существования которой заключался в том, чтобы исправлять и корректировать решения Думы, то это должен был быть узкоцензовый орган, половина членов которого к тому же назначалась монархом. Таким образом, единственным серьезным отличием этого пункта октябристской программы от изданного 20 февраля 1906 года Положения о Госсовете было уравнение его в правах с Думой (по официальной версии, Госсовет получал право решающего голоса).

В распределении прав между народным представительством и монархом октябристы делали явное предпочтение в пользу последнего. Без императорской санкции не мог вступить в силу или быть отменен ни один закон; царю же принадлежало право назначения и смещения министров, которые, правда, в своей деятельности теоретически несли равную ответственность перед ним и народным представительством. Однако, чтобы добиться смещения министра, Думе требовалось возбудить против него судебное преследование. Очевидно, что при таких условиях провозглашенный в программе Союза 17 октября контроль законодательных палат за «законностью и целесообразностью действий правительственных органов» был фикцией. Реальные права обеих законодательных палат заключались в праве законодательной инициативы, подачи запросов правительству и утверждения правительственного бюджета.

Второй раздел октябристской программы был посвящен требованиям в области гражданских прав. Здесь содержался обычный для либеральной партии перечень положений, включавший свободу совести и вероисповедания, неприкосновенность личности и жилища, свободу слова, собраний, союзов, передвижения и т.д. По своему содержанию этот раздел программы Союза 17 октября был, пожалуй, самым демократичным. Беда заключалась в том, что на практике сами октябристы часто нарушали эти положения своей программы. Особенно это касалось требования гражданского равноправия вообще и еврейского в частности. Под давлением своих Западных и Юго-Западных отделов, выступавших в большинстве против предоставления равноправия евреям, октябристское руководство всячески тормозило решение этого вопроса даже внутри самой партии.

Что касается национального вопроса вообще, то октябристы исходили из необходимости сохранения «единой и неделимой» России(эти слова были внесены в параграф І партийной программы по решению ІІ съезда) и считали нужным противодействовать «всяким предположениям, направленным прямо или косвенно к расчленению империи и к идее федерализма». Исключение было сделано только для Финляндии, которой предполагалось предоставить «право на известное автономное государственное устройство» при условии «государственной связи с империей». Формулируя права национальных меньшинств, октябристы высказывали готовность удовлетворять и защищать их культурные, но не политические «нужды».

Большое внимание в программе Союза 17 октября было уделено социальным вопросам, среди которых на первом месте стоял аграрный, названный «самым острым, самым больным вопросом на пространстве всей почти великой России». Октябристы осознавали, насколько тяжелым было положение страдавшего от малоземелья крестьянства, и, более того, находили требования крестьян об увеличении наделов вполне справедливыми. Удовлетворить их октябристы предполагали, во-первых, за счет государства в результате раздачи крестьянам через особые земельные комитеты пустующих казенных, удельных, кабинетских земель и, во-вторых, путем «содействия покупки крестьянами земель у частных владельцев» при посредстве Крестьянского банка. В крайних случаях программа Союза 17 октября предусматривала и «принудительное отчуждение» части частновладельческих земель с обязательным вознаграждением владельцев.

Основной акцент в октябристской аграрной программе, однако, был сделан не на земельном, а на хозяйственно-правовых вопросах. Октябристы считали необходимым уравнять крестьян в правах с остальными гражданами путем отмены всех законов, юридически принижавших податные сословия, а главное — административной опеки над ними; ликвидировать общину и осуществить ряд мер для улучшения экономического положения крестьян (развитие сельскохозяйственного кредита, широкое внедрение агрономических знаний, распространение кустарных промыслов и т.д.).

Таким образом, в решении аграрного вопроса октябристы шли в русле столыпинской аграрной политики. Однако в отличие от П.А.Столыпина, делавшего основную ставку на сравнительно узкий слой «крепких и сильных» крестьян, октябристы рассчитывали на то, что им удастся в относительно короткий срок создать широкий слой зажиточного крестьянства, которое и должно было стать массовой опорой режима.

Октябристы не скрывали своего неприятия революции, а на практике оказывали правительству посильную помощь в ее подавлении, не опускаясь при этом, конечно, до роли царских держиморд, подобно черносотенцам.

События ноября — декабря 1905 года прошли под знаком заметного сползания октябристов вправо.

Казалось, к концу 1905 года между октябристами и правительством сложилось полное взаимопонимание, однако на деле именно к этому времени относятся первые серьезные расхождения между ними. Октябристы с удивлением обнаружили, что правительство, выполнившее первую задачу их тактического плана — подавление «крамолы», совсем не спешило перейти ко второй — созыву Думы. Предновогоднее интервью графа Витте, в котором тот заявил, что и после издания Манифеста 17 октября царь остается неограниченным самодержцем, повергло октябристов в смятение и впервые заставило выступить с критикой сначала самого премьера, а затем и всего правительственного курса.

После интенсивного обсуждения на заседаниях ЦК вопрос об этом был включен в повестку І съезда партии. Резолюция съезда об отношении к политике правительства была составлена в необычайно резких для октябристов тонах. Основной акцент в резолюции был сделан на необходимости «ускорить всеми мерами» выборы в Думу, определив точный срок ее созыва.

Доначала первой буржуазной революцииабсолютное большинство пред­ставителейторгово – промышленной буржуазии стоялона сугубо верно­подданническихпозициях и уклонялось от политическойдеятельности. 1905 год стал в этом отношениипереломным. Однако даже в то времяроссийская буржуазия не отличаласьособым радикализмом. Революция резкоускорила организационное оформлениелиберальных сил и их внутреннееразмежевание.

Партия октябристовстояла на правом фланге либерально –монархического лагеря.

Созданиепартии октябристов совпало с периодомвысшего подъема рево­люции. Еепредшественником был «Союз земцев –конституционалистов», возникший еще в1903 г. Организационно «Союз 17 октября»оформился в но­ябре 1905 г. Была выработанапрограмма, устав, созданы руководящиеорганы. Но основная масса октябристскихорганизаций (260) возникла в периодизби­рательной кампании в IГосударственную думу, в январе – апреле1906 г. .

Первыйсъезд «Союза 17 октября» прошел в феврале1906 г. Были соз­даны московский ипетербургский комитеты. Московскийкомитет возглавил действительный тайныйсоветник и камер-юнкер императорскогодвора Д.Н. Шипов. Во главе петербургскогокомитета встал барон П.Л. Корф.

Вконце октября 1906 г. председателем общегоЦК был избран Алек­сандр ИвановичГучков. По сути дела он вместе с Шиповымявляется основа­телем «Союза 17октября», когда на ноябрьском земскомсъезде 1905 г. поры­вает с либералами –кадетами и их лидером П.Н. Милюковым.

А.И.Гучков – фигура яркая, страстная,порывистая, увлекающаяся. Чело­век,у которого слово и дело, идея и еевоплощение всегда шли рядом. Эти свойстваличности Гучкова помогали ему жить идобиваться своих целей, но в то же времяосложняли его отношения с политическимисоюзниками и друзьями.

Онбыл одним из немногих русских буржуазныхдеятелей, считавших своим долгом дляспасения страны испробовать компромиссс исторической властью. Гучков в 1905-1917гг. обладал сам по себе, пожалуй, неменьшим влиянием, чем вся партияоктябристов. Его прадед был крепостнымкрестьянином, выкупившим на волю себя,свою семью, основавшим собственноеткацкое предприятие. Он был сыноммосковского купца – старооб­рядца,сам — крупный домовладелец и промышленник,директор мос­ковского учетного банка,член правления компании газеты «Новоевремя».

А.И.Гучков окончил историко-филологическийфакультет Москов­ского университета.Еще совсем молодым человеком совершилрискован­ное путешествие в Тибет,посетил Далай – Ламу. Служил в Забайкалье,в по­граничной страже, дрался на дуэли.Во время англо – бурской войны Гучковна юге Африки, где он сражается на сторонебуров. В 1903 году Гучков был в Ма­кедонии,где вспыхнуло восстание против турок.Во время русско –японской войны онснаряжает санитарный поезд и отправляетсяна Дальний Восток в качестве уполномоченногоКрасного Креста, попадает в плен кяпонцам при Мукдене. После освобождениявернулся в Москву, когда странаприближалась к высшей точке революционногодвижения.

А.И.Гучков имел репутацию человекаэнергичного, не боящегося ответст­венностиперед общественным мнением. Так, например,он взял под защиту такую непопулярнуюмеру как введение военно – полевыхсудов. Это вызвало травлю в либеральнойпрессе, а Шипов после этого заявил обуходе из октябристской партии. Кстати,из-за этой поддержки Гучков не был избранв IГосударственную думу.

Гучковвнес свой вклад в усмирение России послепервой революции. Но он же содействовали тому, что в стране постепенно установиласьполити­ческая стабильность,способствовавшая промышленному иэкономическому подъему. Соблюдалисьскромные права человека, вошедшие врусскую дейст­вительность послепервой революции.

Этобыл принципиальный человек. Его связывалаличная дружба с П.А. Столыпиным. Будучипредседателем Государственной думы с1910 года, Гуч­ков обеспечивал правительствуСтолыпина устойчивое большинство вГосу­дарственной думе. Но в 1911 г.Столыпин прибег к искусственномуперерыву в работе законодательныхучреждений, чтобы в порядке чрезвычайногоправи­тельственного законодательствапровести проваленный в ГосударственномСовете закон о земстве в западныхгуберниях. Тогда Гучков отказался взнак протеста от поста председателяДумы, отошел на время от политическойдея­тельности и уехал на ДальнийВосток. Однако он счел необходимымприсутст­вовать на похоронах Столыпина,а в первую годовщину его убийства приехалв Киев, чтобы почтить его память.

Гучковпервым разоблачил скандальную рольГригория Распутина при царском дворе,и сказал об этом с трибуны Государственнойдумы. Эти заслу­жил ненавистьимператорской четы. По указке правительстваГучков путем ряда махинаций не былдопущен в IVГосударственную думу.

Летнийкризис 1915 г. вновь вывел Гучкова наавансцену политической борьбы. В июлеэтого года он становится председателемЦентрального военно-промышленногокомитета, затем избирается, вопрекидавлению царской се­мьи, членомГосударственного Совета. Осенью 1916 г.Гучков становится цен­тральной фигуройгруппы, планировавшей военный переворот.Но переворот запоздал.

Революция23 февраля – 1 марта 1917 г. свергает царскийстрой. Именно Гучков вместе с Шульгинымвызывается поехать в Псков к царю, чтобывырвать у Николая IIакт отречения от престола.

Впер­вом составе Временного правительстваГучков получает пост военного и мор­скогоминистра. После апрельской демонстрациион предлагает вооруженным путем боротьсяс Петроградским Советом, но большинствоминистров отказы­вается от этого.Гучков выходит в отставку. И далее онуже на стороне про­тивников развивающейсяреволюции, поддерживает выступлениеКорнилова, затем борется с советскойвластью, эмигрирует. В эмиграции Гучковпродол­жал активно заниматьсяполитической деятельностью. В 1935 г. унего обна­ружили рак кишечника, онперенес тяжелую операцию, верил ввыздоровле­ние, но в 1936 г. умер.

Итак,10 октября 1906 г. «Союз 17 октября» былофициально зарегистриро­ван властями,т.е. признан легально действующейорганизацией.

СогласноУставу, в него могли вступать какотдельные лица, так и целые партии иорганизации, признававшие необходимымпреобразование политиче­ского строяРоссии на основании Манифеста 17 октября1917 г. Членство в «Союзе 17 октября», вотличие от большинства других партий,находившихся «справа» и «слева» отнего, не было сопряжено с гонениямивластей.

А.И.Гучков говорил: «Ядро октябристов,положивших в ноябре 1905 года начало Союзу17-го октября, образовалось из тогоменьшинства общеземских съездов, котороепримыкало к общим требованиям широкихлиберальных реформ во всех областяхнашей жизни и перехода от пережившихсебя форм неограниченного самодержавияк конституционному строю, но в то жевремя боролось против увлеченийбезудержного радикализма и противсоциалистических экспериментов, которыегрозили стране тяжелыми политическимии социальными потрясениями». .

Вступавшиев «Союз» партии сохраняли автономность,т.е. имели собст­венную программу,центральные органы, прессу, местныеорганизации. Это придавало «Союзу 17октября» некоторую политическуюаморфность. Ряд примыкавших к немуорганизаций фактически смыкались справыми черносо­тенцами, с силами,объединявшимися против революции. Сдругой стороны, левое крыло «Союза»было близко к кадетам. .

В1905-1907 гг. было создано 220 отделов «Союза».В период подготовки и проведения выборовв IГосу­дарственную думу октябристскиеорганизации функционировали в 63губер­ниях страны, большинство – вЕвропейской части России.

Численностьчленов «Союза 17 октября» была примерно75-77 тыс. чело­век. .Социальную основу партии октябристовсоставляли крупная торгово – промышленнаяи финансовая буржуазия, обуржуазившиесяпомещики, бур­жуазная интеллигенция.Довольно много было высокооплачиваемыхторгово – промышленных служащих,чиновников самых разных рангов, отставныхвоен­ных. Входили в партию и средниегородские слои, интеллигенция. ВПетер­бурге, Екатеринославе и Сормовебыли сформированы даже «рабочие партии17 октября». Некоторые владельцыпредприятий занимались вербовкой впар­тию собственных рабочих. Естьсведения о создании октябристскихкрестьян­ских организаций в Воронежской,Таврической, Московской, Тульской,Кост­ромской, Ярославской и Томскойгуберниях и Донской области. .

Однакосвыше 93 % всего руководящего составапартии были промышлен­ники, банкиры,торговцы, домовладельцы, помещики,высокоопла­чиваемая интеллигенция.Массовой опоры среди трудящихся уоктябристов не было.

Программаоктябристов во многом совпадала справительственным кур­сом Столыпинаи выражала интересы тех, кто былзаинтересован в проведении умеренныхреформ в рамках программы, намеченнойв «Манифесте 17 ок­тября». Программаносила ярко выраженный консервативно– либеральный характер. Гучков говорил,что радикальным или социалистическимэлементам легко в борьбе с существующимстроем, потому что они штурмуют егоцели­ком. А октябристам приходитсябороться за монархию и против монарха,за армию и против ее военачальников, зацерковь и против иерархов. .

Идеаломоктябристов был союз самодержавия ибуржуазии. Они отстаи­вали принципнаследственной конституционной монархии.Программа «Союза» объясняла необходимостьсохранения монархии: «Прежнийнеогра­ниченный самодержец становитсяконституционным монархом, но в новыхусловиях государственного строя получаетновую мощь и новую высокую за­дачубыть верховным вождем свободного народа.Возвышаясь над бесчислен­ными частнымии местными интересами, над одностороннимицелями различ­ных классов, сословий,национальностей, партий, монархия именнопри на­стоящих условиях призванаосуществить свое предназначение –явиться уми­ротворяющим началом втой резкой борьбе, борьбе политической,националь­ной и социальной, для которойоткрывается ныне широкий просторпровоз­глашением политической игражданской свободы. Только путемединения мо­нарха с народом можетбыть создана та сильная, уверенная всебе правитель­ственная власть,которая сумеет вернуть нам мир!»..

Нокак тогда объяснить действия Гучкова,направленные на отречение Ни­колаяIIот престола? Дело в том, что Гучковотдавал себе отчет, что умиро­творениереволюционной стихии, возможно, былолишь при условии, что тот, кто являлсяглавным ответственным лицом, т.е.государь, должен был уйти. Но в то жевремя вопрос о режиме не стоял. Он долженбыл остаться монархиче­ским. НиколайIIдолжен был принести жертву на благоОтечества. Он должен был отказаться отпрестола в пользу своего сына. И личностьмаленького на­следника должна былабы обезоружить всех. В России отвращениеи отчуж­дение создалось не по отношениюк монархии и режиму, а к тем лицам,кото­рые были воплощением этого режимав тот период. Если бы государем сталАлексей (пусть и с регентом), то это моглобы спасти положение. Он был бы не толькосимволом, но живой силой, для борьбы закоторую можно было найти очень многолюдей, которые умерли бы за царя, дажемаленького. Впо­следствии Гучковговорил: «Я был настолько убежден в этомсредстве спасе­ния России, династии,что готов был спокойно судьбу поставитьна карту и, если я говорил, что былмонархистом и остался монархистом иумру монархи­стом, то должен сказать,что никогда за все время моей политическойдеятель­ности у меня не было сознания,что я совершаю столь необходимый длямо­нархии шаг, как в тот момент, когдая хотел оздоровить монархию».

Признаваяединственно возможной формой правленияв России самодер­жавие, октябристысчитали возможным и желательным созданиезаконосове­щательной Думы при царе,но не более того.

Однакосам Гучков весьма скептически относилсяк возможности созда­ния в Россииобщественного или парламентскогокабинета. Он весьма осто­рожно относилсяк проведению на верхи элементовобщественности, а тем бо­лее создаватьчисто общественный кабинет, посколькувсе эти люди, особенно связанные спартиями, были связаны обещаниями,личными связями и т.д.

Гучковуказалось, что чувство презрения игадливости, чувство злобы, ко­тороевсе больше нарастало по адресу верховнойвласти, все это было бы начисто смыто,разрушено тем, что в качестве носителяверховной власти поя­вится мальчик,по отношению к которому нельзя сказатьдурного.

Средивопросов, которые, по мнению октябристов,Государственная дума должна себенаметить для разработки и постепенногоразрешения, опре­делялись: крестьянскийвопрос, рабочий вопрос, развитие иукрепление начал местного самоуправления,заботы о народном образовании, реформысудебные и административные, экономическиеи финансовые меры.

Преждевсего, в своей программе октябристывысказывались за сохране­ние единстваи нераздельности Российского государства.Они были противни­ками национальнойавтономии, за исключением Финляндии.Ей они предос­тавляли право на известноеавтономное государственное устройствопри усло­вии сохранения государственнойсвязи с империей. При этом октябристыпри­знавали за отдельными национальностямисамого широкого права на удовле­творениеи защиту своих культурных нужд, впределах, допустимых идеей го­сударственностии интересами других национальностей..

Воткакое отношение к еврейскому вопросувысказал Гучков Николаю II:«Я не охотник до евреев, лучше, если быих у нас не было, но они у нас даны историей… Надо создать нормальные условия, какбы к ним ни отно­ситься, но надо сказать,что все мероприятия с еврейским засильемникуда не годятся. Есть цензовыеограничения в школах – это, казалосьбы, должно было нас оградить от еврейскогозасилья в духовной области, а на самомделе по­смотрите: в области печати –евреи там всесильны; художественная,театраль­ная критика – в руках евреев.Это все ничего не дает, между темозлобления без конца. Надо снять чертуоседлости … Только в одном отношениия согла­сен сохранить ограничения вотношении к еврейству – не допускатьевреев в состав офицерства (но они и нехотят) и ограничить их право в приобретенииземель вне городов (их не тянет и на рольпомещиков) …».

Гучков считал,что этим путем можно было избежатьпротиводействия в тех кругах, которыебыли антисемитски настроены; сохранивэти ограничения, можно было бы еврейскиереформы провести без потрясений.

Программаоктябристов определяла общепринятыйкруг гражданских прав: свободавероисповедания, свобода слова, собраний,союзов, передвиже­ния, выбора местажительства и рода занятий, свободатруда, промышленно­сти, торговли,распоряжения ею, неприкосновенностьличности, жилища, пе­реписки,собственности граждан. Судебнаяответственность должностных лиц, каковобы ни было их положение. .

Ваграрном вопросе сохранялось помещичьеземлевладение. Программа предусматривалаправо крестьянина на увеличениеземлевладения и возмож­ностькапиталистического развития в деревне,но при сохранении интересов крупныхземлевладельцев – помещиков,перестраивающих свое хозяйство накапиталистический лад. .

Относительнорабочих, помимо требований страхования,обеспечения ра­бочих и их семей вслучае болезни, инвалидности и смерти,ограничения ра­бочего времени дляженщин и детей и в особо вредных дляздоровья производ­ствах, признаваласьсвобода профессиональных союзов, свободастачек. Но при этом необходимостьзаконодательным путем регулироватьусловия этой экономической борьбы. Речьшла о производствах, предприятиях,учрежде­ниях, «от коих зависит жизньи здоровье населения, важные общественныеи государственные интересы, безопасностьгосударства, интересы обороны»..

Октябристысчитали, что на первый план в деятельностиДумы должно быть поставлено народноепросвещение. Программа высказываласьза всеоб­щее начальное обучение,увеличение числа средних и высшихучебных заве­дений, о необходимостисамых широких ассигнований на просвещение.Кроме того, упрощение и приближениепрограмм обучения к потребностямжизни. Октябристы считали, что нужнаширокая свобода частной и обществен­нойинициативы в деле открытия и содержанияучебных заведений.

Лучшей школойполитической свободы для народаоктябристы считали участие в обновленномсамоуправлении.

Судебныеи административные реформы предполагалибессословный, не­зависимый суд,расширение компетенции суда присяжных,строгую уголов­ную и гражданскуюответственность за нарушение властямизаконов и прав частных лиц.

Экономическиеи финансовые меры предполагалирациональную и спра­ведливую налоговуюсистему.

Октябристыучаствовали в выборах во все четыреГосударственные думы, но ни в одной изних не имели большинства. Только в IIIДуме самой сильной партией оказываетсяпартия октябристов (немного большетрети мест), но это все-таки не большинствомест. Поэтому в Государственных ду­махоктябристы блокировались попеременнос кадетами и монархистами.

ВIIIДуме А.И. Гучков был председателемкомиссии государственной обороны,ак­тивно выступал за реорганизациюармии, за улучшение материальногопо­ложения офицеров. Главной задачейдеятельности в Думе Гучков считалвозрождение военной мощи России. Выступивв Думе против засилья и некомпетентногохо­зяйничанья великих князей в морскоми в военном ведомстве, и невозможно­стииз-за этого проводить там новые идеи,Гучков вызвал негодование Нико­лаяII.Однако тем самым способствовалреорганизации управления военноговедомства.

Ещев 1913 г. Гучков уловил первые признакиновой революции и пред­рек близкуюгибель царского строя. Он призвалпредставителей умеренных политическихкругов российского общества перейти воппозицию правитель­ству и царскойсемье, чтобы к моменту неизбежногопадения Николая IIне выпустить из рук контроль формированияновой власти. «Историческая драма,которую мы переживаем, — говорил А.И.Гучков, — заключается в том, что мывынуждены отстаивать монархию противмонарха, церковь против церковнойиерархии, армию против ее вождей,авторитет правительственной власти –против носителей этой власти»..

Какмы уже говорили, после Февральскойреволюции октябристы (Гуч­ков) вошливо Временное правительство. Стремясьовладеть инициативой, А.И. Гучков подписалприказ, согласно которому отменялосьпонятие «нижний чин» с заменой на«солдат». При обращении к солдатамтребовалось говорить «Вы», отменялосьтитулование офицеров, вводилась формулаобращения «господин» (полковник, генерали т.д.). Военным разрешалось участие всоюзах и обществах, образованных сполитической целью. В марте 1917 г. поинициативе Гучкова или с его согласиябыли отменены ограничения сословногои вероисповедального характера приприеме в военно-учебные заведения. Втехнических артиллерийских заведенияхбыл введен 8-часовой рабочий день сучреждением заводских комитетов,избираемых из рабочих на основе всеобщего,равного, прямого и тайного голосования.Отменены звания генерал-адъютантов ифлигель-адъютантов и др. Гучков проводилработу по омоложению высшего командногосостава. Многие генералы обсуждалитогда вопрос о вступлении в партиюсоциалистов-революционеров. «Такаяготовность капитулировать перед Советомдаже со стороны высших военных, делавшихкарьеру при царе, — писал позднее Гучков,- парализовала всякую возможность борьбыза укрепление власти Временногоправительства». .

Вконце апреля 1917 г. Гучков официальнозаявил о своем желании уйти в отставку.На резкие реплики своих коллег онответил, что представители власти ведуткорабль, будучи связанными по рукам иногам. При таких условиях корабльнеизбежно пойдет ко дну. «На началахнепрекращающегося митинга управлятьгосударством нельзя … А мы ведь нетолько свергли носителей власти, мысвергли и упразднили самую идею власти,разрушили те необходимые устои, накоторых строится всякая власть»..

ПослеОктябрьской революции октябристыактивно участвовали в Гражданскойвойне, входили в белогвардейскиеправительства и вынуждены былиэмигри­ровать.

Среди правых (про правительственных) партий заметную роль в политическойжизни страны играл «Союз 17 октября» (октябристы), принял это название в честьцарского Манифеста 17 октября 1905 г., который, как считали октябристы,знаменовал собой вступление России на путь конституционной монархии.Организационное оформление партии началось в октября 1905 г., а завершилось наI ее съезде, состоявшемся 8 — 12 февраля 1906 г. в Москве. Это была партиякрупного капитала — верхов торгово-промышленной буржуазии и помещиков -предпринимателей. Возглавил ее крупный московский домовладелец и промышленникА. И. Гучков, «прирожденный политик», высокообразованный блестящий оратор ипублицист, экстравагантный, склонный к авантюризму.

Октябристы ставили своей целью «оказать содействие правительству, идущемупо пути спасительных реформ». Они выступали за наследственную конституционнуюмонархию, в которой император, как носитель верховной власти, ограниченпостановлениями «Основных законов». Выступая против неограниченногосамодержавия, октябристы были и против установления парламентарного строя, какнеприемлемого для России политически и исторически. Они стояли за сохранениеконституционным монархом титула «самодержавный»; предусматривали введение двухпалатного «народного представительства» — Государственной думы иГосударственного совета, формируемых на основе цензовых выборов — прямых вгородах и двухстепенных в сельской местности. Гражданские права в программеоктябристов включали свободу совести и вероисповедания, неприкосновенностьличности и жилища, свободу слова, собраний, союзов, передвижения. Внациональном вопросе октябристы исходили из принципа сохранения «единой инеделимой России», выступая против любой формы «федерализма». Исключение ониделали лишь для Финляндии, при условии ее «государственной связи с империей».Допускали культурную автономию для других народов России.

Социальная программа октябристов сводилась к следующему. Для разрешенииаграрного вопроса они предусматривали передачу крестьянам через особыеземельные комитеты пустующих казенных, удельных и кабинетских земель, а такжесодействие покупке земли крестьянами «у частных владельцев» при посредствеКрестьянского банка, требовали возвращения крестьянам отрезков, произведенныхот их наделов в 1861 г. Октябристы допускали и «принудительное отчуждение»части частновладельческих земель с обязательным вознаграждением владельцев засчет казны. Они выступали за регулирование аренды, переселение малоземельных ибезземельных крестьян на «свободные земли», требовали уравнения крестьян вправах с остальными сословиями, активно поддерживали Столыпинскую аграрнуюреформу.

Октябристы признавали свободу рабочих организаций, союзов, собраний и праворабочих на стачки, но только на почве экономических, профессиональных икультурных нужд, при этом на предприятиях, «не имеющих государственногозначения». Они выступали за ограничение продолжительности рабочего дня, но не вущерб промышленникам, введения страхования рабочих, требовали сокращенияналогового обложения населения. Они были сторонниками расширения народногообразования, декларировали необходимость реформы суда и административногоуправления.

Государственное устройство октябристы представляли как конституционнуюмонархию с Государственной думой. Они выступали за «сильную монархическуювласть», но за необходимость проведения реформ, обеспечивавших свободубуржуазному предпринимательству. Свобода промышленности, торговли, приобретениясобственности и охрана ее законом — главные программные требования октябристов.

В 1905 — 1907 гг. «Союз 17 октября» насчитывал до 30 тыс. членов. Егопечатным органом была газета «Голос Москвы». В 1906 г. октябристы издавали до50 газет на русском, немецком и латышском языках.

Как и кадетская партия, «Союз 17 октября» была весьмааморфным политическим образованием, напоминавшим скорее дискуссионный клуб,причём даже в большей степени, чем кадеты. Ситуацию усугубляли облегчённыйприём в её ряды и допускавшееся параллельное членство в других партиях.Наиболее активные члены партии вели агитационно-пропагандистскую работу главнымобразом в период избирательных кампаний в Думу и прекращали всякую деятельностьпосле выборов.

Вошедшие же в «Союз» «родственные партии и группы»зачастую связывали своё вступление в партию не с проведением реформ в духеоктябристской программы, а, прежде всего с необходимостью консолидации сил дляборьбы с революцией. Например, совет тульского Союза «За царя и порядок»постановил «присоединиться к «Союзу 17 октября» на автономных началах длясовместной борьбы с крайними партиями».

Сами октябристы в годы революции 1905-1907 гг. делили всепартии на три большие группы: левые, правые и партии центра. Свою партию ониставили в центре, называя ее конституционно-монархической. К своим союзникамоктябристы причисляли Торгово-промышленную партию, Партию правового порядка,Прогрессивно-экономическую партию и другие близкие организации. Кадетов онисчитали радикалами, левыми, оппозицией, но не смешивали с революционерами.Октябристы не включали себя в один политический лагерь с кадетами.

В среде октябристов термин «либерализм» не пользовалсяпопулярностью и редко применялся по отношению к своей партии из-за егорасплывчатого и неясного характера. «Либерализм» ассоциировался с привнесеннымиизвне западными идеями, а октябристы подчеркивали свою «почвенность». Правящиекруги истолковывали этот термин как синоним неблагонадежности и чуть ли нереволюционаризма. Немаловажное значение играл и образ либерала, созданныйрусской литературой; ему были свойственны благодушие и мягкотелость, неверие в «темныйнарод», боязнь революции и вера в благоразумие власти. Вагитационно-пропагандистской литературе октябристы, как, впрочем, и кадеты,подчеркивали демократизм и конституционализм своей партии. Впрочем, лидероктябристов А. И. Гучков в своих речах иногда связывал октябризм с либерализмом;бывали случаи, когда на местах в 1905-1906 гг. возникали близкие к октябристамполитические организации, использовавшие термин «либерализм» в своем названии:в Омске — Русский либеральный союз, в Перми — Конституционно-либеральнаяпартия. Обе они примкнули к Союзу 17 октября. Позднее, в эмиграции, некоторыеоктябристы относили свою партию к умеренно-либеральным течениям общественноймысли.

Деятельность октябристов до февраля 1917 года

Первая российская революция явилась временем одновременно и рождения, ирасцвета «Союза 17 октября». В этот период партия октябристов функционировалакак полноценная политическая организация — с сетью местных организаций иопределенной социальной базой. Позже эта база «уплыла» к кадетам, а сама партияфактически перестала существовать. В 1907-14 гг. партия октябристовпоследовательно двигалась к полному развалу, а ее деятельность практически невыходила за рамки Думы. При этом думская фракция октябристов совершенно непринимала во внимание решения октябристского ЦК. По своему составу она былакрайне разношерстной. Этим объяснялись ее бесконечные колебания, частыепересмотры решений. Внутри думской фракции октябристов были сильны центробежныетечения. Численность ее постоянно сокращалась — со 154 человек в начале работыIII Думы до 121 в конце и 98 в IV Думе. Полным провалом закончилась и думскаятактика октябристов. Они приняли предложение П. Столыпина создать союз с цельюпровести через III Думу правительственную программу реформ. Пока Столыпинсоблюдал хотя бы видимость этого договора, октябристы выполняли в Думе рольправящей партии. Как правило, они блокировались с умеренно правыми и отвергалипредложения кадетов о создании «конституционного центра» по проведению реформ.

Однако после ряда кризисов в отношениях Думы с правительством в 1909-11 гг.октябристская фракция начала осторожно критиковать действия правительства и поряду вопросов выступать заодно с кадетами и прогрессистами. В ноябре 1913 г. наконференции «Союза 17 октября» Гучков прямо заявил о переходе октябристов воппозицию правительству, отказавшемуся от проведения реформ. Однако правоекрыло «Союза 17 октября» и большая часть его думской фракции не поддержалиГучкова. В результате фракция октябристов в Думе раскололась на три части:земцев-октябристов (65 человек), собственно «Союз 17 октября» (22 левыхоктябристов) и беспартийных (15 наиболее правых октябристов). К 1913-14 гг.полностью распалась и сама партия октябристов, а ее местные отделы прекратиливсякую деятельность. Произошло это в силу того, что «Союз 17 октября» утратилте позиции, которые он имел в годы первой российской революции в среднемклассе. Фактически октябристы пожертвовали этими позициями в угоду интересамузкого слоя крупных промышленников и помещиков юга России, желавших нерадикальных реформ, а «полюбовного» соглашения с самодержавием.

Воктябристской партии, в отличие от кадетской, было мало деятелей теоретическогосклада. Большая часть дошедшего до нашего времени материала носитпублицистический, просветительский или полемический характер. Внимание авторовоктябристов (А. И. Гучкова, В. М. Петрово-Соловово, П. С. Чистякова и др.) былососредоточено на вопросах, связанных с выяснением положения партии среди другихполитических объединений, конкретизацией её политической платформы иразъяснением отношения партии к введенным Манифестом 17 октября «началам».

П. Н. Милюков, отдавая дань уваженияумеренно-либеральной программе «Союза», одновременно поверг его критике, считаяоктябристов «вчерашними монархистами, ставшими конституционалистами поневоле»,по «высочайшему повелению».

Сближение кадетов и октябристов в IV Думе, ихсотрудничество в рамках Прогрессивного блока говорят о консолидации либеральныхсил. Но это единение носило лишь временный тактический характер, основанный нанеприятии политики верховной власти. Основные противоречия между либеральнымипартиями никуда не делись — они лишь отошли на второй план. Это показываетистория кадетской партии после падения самодержавия. К тому времени Союз 17 октябрякак организационная структура уже перестал существовать и, по наблюдениямисториков, часть бывших октябристов пошла в кадетскую партию. Позднее, вэмиграции, Милюков так описывал этот процесс: «Явившись во время февральскойреволюции в роли не оппозиции, а сторонницей сильной власти и противницейколеблющейся левой социалистической тактики, кадетская партия привлекла в своиряды политических деятелей более право-настроенных и до тех пор к ней непринадлежавших. Эти так называемые «мартовские» кадеты сразу придали тактикепартии особый, несвойственный ей характер». Конечно, на сегодняшний день ещеникто не доказал, что «мартовские» кадеты — это бывшие октябристы, но не будетбольшой натяжкой искать дореволюционные политические симпатии этих людей в праволиберальномсекторе.

Итак, деятельность октябристов была сосредоточена вГосударственной думе. Но к 1916 году они разочаровались в способности НиколаяII довести войну до победного конца и выдвинули идею дворцового переворота.Однако осуществить его им помешала Февральская революция. После революцииоктябристы пытались спасти монархию. Гучков вошел во Временное правительство вкачестве морского и военного министра, но через два месяца ушел в отставку, несогласившись с его политикой. Октябрьскую революцию октябристы не приняли.Большинство членов партии сражались за «белую идею» на полях Гражданской войныи закончили свою жизнь в эмиграции.