Право на правду (письмо в новую газету). В Костроме презентовали книгу священника «Право на правду» с критикой иерархов Русской православной церкви

Священники русской православной церкви Глеб Якунин и Николай Эшлиман в конце ноября 1965 года обратились с открытым письмом к Патриарху Алексию I. Чуть позже этот текст был размножен и разослан правящим архиереям Московского Патриархата. В декабре 1965 года копии письма были направлены Председателю президиума Верховного Совета СССР Николаю Подгорному, Председателю Совета Министров СССР Алексею Косыгину и Генеральному прокурору СССР Роману Руденко.

В 1972 году писатель Александр Солженицын писал в великопостном письме Патриарху Пимену: "Вот уже седьмой год пошел, как два честнейших священника, Якунин и Эшлиман, своим жертвенным примером подтверждая, что не угас чистый пламень христианской веры на нашей родине, написали известное письмо Вашему предшественнику. Они обильно и доказательно представили ему то добровольное внутреннее порабощение – до самоистребления, до которого доведена Русская Церковь: они просили указать им, если что неправда в их письме. Но каждое слово их было правда, никто из иерархов не взялся их опровергнуть. И как же ответили им? Самым простым и грубым: наказали, за правду – отвергли от богослужения".

Письмо священников Глеба Якунина и Николая Эшлимана имело ошеломляющий эффект. Оно потрясло не только священников, многие из которых мысленно соглашались со всем изложенным, но не решались об этом сказать во весь голос. Речь шла о вмешательстве государства в жизнь церкви. Незадолго до своей кончины в интервью французскому журналисту Николя Милетичутак вспоминал об этом:

– Когда мы написали письмо, не только все епископы, даже келейник Никодима мне говорил потом, что Никодим принес письмо и говорит: "Ой, какие молодцы… какие молодцы ребята, написали письмо". Это была всеобщая поддержка нас. И священники там, как говорится, консерваторы и либералы, все нас поддержали. Потому что это письмо защищало, как говорится, состав всей церкви, интересы всей церкви.

Протоиерей Вячеслав Винников вспоминает, что в церковной среде письмо активно обсуждалось, хотя нигде, разумеется, опубликовано не было. Между собой Якунина и Эшлимана называли героями:

– Когда я был алтарником в Хамовниках, подошли батюшки и спросили, читал ли я письмо? Я сказал, что читал. Они назвали этих двух священников героями.

Под открытым письмом стояло всего лишь две подписи, хотя могло быть их значительно больше. Протоиерей Георгий Эдельштейн , тогда еще не священник, а аспирант педагогического института, был одним из тех, кто начинал работу над текстом письма:

– Задумывал письмо не я. Я был только техническим исполнителем. То, что подписали и послали патриарху эти два человека – это их письмо. Отец Николай говорил: "А вот у нас регистрируют крестины, а это незаконно. Вот давайте, Юра, как-то это сформулируем". Или: "Совет по делам сначала РПЦ, потом Совет по делам религий командует и нашими епископами, и нашим патриархом. Это незаконно. Церковь отделена от государства и, естественно, внутренняя жизнь церкви должна быть независимой. Поставление епископов не должно зависеть от Совета по делам религий. Церковные требы, крестины, венчания, отпевания, причащения на дому не должны зависеть от уполномоченных Совета по делам религий". Мы написали примерно половину письма, когда Глеб Якунин привел Феликса Карелина и Льва Регельсона. Потом пришел Виктор Капитанчук. Они раскритиковали все, что было написано до них".

Активное участие в работе над письмом принимал и Александр Мень. Однако его подписи под письмом в конечном итоге не оказалось. Отец Александр неоднократно объяснял свою позицию. Историк религии дает этому несколько иное объяснение, анализируя ситуацию из дня сегодняшнего.

– Путь отца Александра другой. У него путь прихода. Путь разговора с властью не по вертикали, а по горизонтали. Отец Александр Мень боролся за здоровый приход, на что отец Глеб Якунин ему ответил, что у больной церкви не может быть здоровых приходов. Я бы сказала, что в перспективе правда тут, скорее, на стороне отца Глеба Якунина. И как раз послеперестроечная история прихода самого Александра Меня, включая сегодняшние дни, показывает, что действительно в больной церкви здоровых приходов не бывает.

Независимый эксперт по вопросам культуры и религии Елена Волкова отмечает – несмотря на то, что за полвека взаимоотношения церкви и государства изменились, многие тезисы, высказанные Глебом Якуниным и Николаем Эшлиманом в 1965 году, до сих пор актуальны:

В больной Церкви не может быть здорового прихода. Не может дерево злое приносить плоды добрые

– Обращает на себя внимание призыв авторов нарушить узы греховного молчания. Замечательна сама формулировка – "узы греховного молчания". И разбор тех оправданий несвобод или оправданий молчания, к которым прибегали священники в то время. Они, как ни удивительно, сегодня их повторяют. Например, в письме написано: "Кроме ложных помыслов о "спасении" Церкви, бытует среди русских пастырей и другой соблазн, поражающий в основном пастырей приходских. Многие хорошие и деятельные священники, видя бедственное положение Русской Церкви и тягостное безмолвие архиереев, искренно сокрушаются об этом, но тем не менее сами пребывают в молчании, успокаивая свою совесть тем, что стараются сделать многое для насаждения и поддержания доброй христианской жизни в своих приходах.

Эти священники, к несчастью, забывают, что Церковь есть единый организм – Тело Христово и что если, по слову Апостола Павла, болезнь одного члена есть вместе с тем и болезнь всей Церкви, то тем более болезнь всей Церкви есть и болезнь каждого Ея члена. На этот счет не приходится обманываться – в больной Церкви не может быть здорового прихода. Не может дерево злое приносить плоды добрые.

Историки и религиоведы называют писмьмо Глеба Якунина и Николая Эшлимана исторической вехой. По их словам, хотя письмо и осталось без ответа того, к кому было обращено все же оно оказало влияние на многие умы. Историк Ирина Карацуба отмечает возникшее впоследствии такое явление, как священники-диссиденты:

– Мне кажется, что письмо Якунина и Эшлимана нельзя воспринимать отдельно от контекста. Этот контекст очень слабо изучен. Лично мне, когда я думаю о письме Эшлимана и Якунина, прежде всего, вспоминается письмо Чаадаева 1837 года, которое Герцен назвал "крик боли и отчаяния, выстрел, раздавшийся в глухую ночь". То же самое можно сказать и про письмо Якунина и Эшлимана. История РПЦ показала, что священноначалие и церковь эти письма не расслышало. И в итоге все закончилось панк-молебном 21 февраля 2012 года. Это уже не письма с призывом обновиться. Очевидно, эта система к обновлению не способна и уйдет вместе с той властью, которая ее породила. А это уже обличающий крик – жест юродивого. Это уже совсем другой разговор и другая тональность, которая ставит некоторую точку в истории этого спора, конфликта. И возвращает нас опять же к блестящей плеяде, вышедшей на сцену после этого письма и вместе с ним, священников-диссидентов, верующих диссидентов. Это Николай Эшлиман, отец Глеб Якунин, отец Георгий Эдельштейн, Николай Гайнов, это Борис Талантов со своими товарищами, Александр Огородников, Лев Регельсон, Феликс Карелин, Зоя Крахмальникова. Вот мы должны помнить о них, как и о всех тех, кого я включаю в понятие русского сопротивления. Потому что история России это не только история тоталитаризма, деспотизма, сталинщины и людоедства. Это история борьбы и сопротивления христианского, – считает Ирина Карацуба.

За подписи, поставленные под открытым письмом, Глеб Якунин и Николай Эшлиман заплатили запрещением в служении. Якунин еще и годами ссылок и лагерей. В чем же был главный посыл открытого письма? Говорит протоиерей Георгий Эдельштейн:

То, что они потребовали себе право на правду, я думаю, самое главное, что было в этом открытом письме

– Для меня самое главное, что это было письмо, которое оба священника отец Николай Эшлиман и отец Глеб Якунин подписали своими именами, указали храмы, в которых они служили. Им долго рекомендовали, настойчиво рекомендовали, чтобы они имена даже не называли. Но самое главное, они настаивали, что нужно говорить правду. А как можно говорить правду в каком-то подметном письме? Вот то, что они потребовали себе право на правду, я думаю, что это самое главное, что было в этом открытом письме 50 лет назад. Ведь до сегодняшнего дня члены РПЦ не имеют право на правду. Никто! Попробуйте вспомнить хотя бы одного человека, одного члена церкви, который имеет право на правду? Миряне, прихожане не имеют такого права. Священники не имеют такого права. Епископы не имеют такого права. Патриархи все, вплоть до ныне здравствующего, право на правду не имеют. А вот Николай Эшлиман, Глеб Якунин потребовали себе в советское время право на правду. Я думаю, что это самое главное и историческое значение этого письма".

"Мы выполняли императив нашей совести, – говорил спустя много лет в эфире Радио Свобода священник Глеб Якунин. – И мы на тот момент писали в надежде действительно, что если мы уж не перевернем всю ситуацию, чтобы Церковь могла действительно освободиться от ига государства и возродиться, то, по крайней мере, сделать попытку этого".

    Возобновившаяся в нынешнем году многолетняя полемика о митрополите Сергии (Страгородском), о его пресловутой «Декларации о радостях», даже о каком-то письме, с которым он, Сергий, якобы намерен был предстать на Страшный суд, имеет лишь косвенное отношение к личности самого митрополита, к его Декларации и письму.

    Это спор непримиримых оппонентов РПЦ МП на темы «Государство и Церковь», «Христианство и коммунизм (или гитлеризм)», «Правда и ложь или добро и зло в нашей Церкви». Это спор не о 90-летнем прошлом, а о сегодняшнем и завтрашнем дне нашей Русской Православной Церкви.

    Один из частных аспектов этих сложнейших и обширнейших тем: где пределы дозволенного компромисса христианской Церкви с государством, с коммунистами-большевиками - самыми крепкими, последовательными и беспощадными врагами Бога, Церкви и религии. Компромисса, до которого, по определению А.В. Карташева, «опустилась, в потёмках большевистского ада, и террористически загнанная и обезволенная часть епископата».

    Компромисс, который родился в 1927 г., возмужал и окреп в 1943, слегка переболел в начале 1960-х, отнюдь не захирел и не «выброшен на свалку истории» сегодня, в конце 2015 года. Не нуждается ли в исправлении и дополнении ленинский декрет «Об отделении церкви от государства»? Церковь у нас всё та же. И епископат всё тот же.

    Если г-н Владимир Легойда, например, полагает, что нечто всё же изменилось, то:

    По какой причине?

    Эту абсурднейшую теорию и практику «симфонии» подъяремной христианской Церкви и государства воинствующих безбожников принято именовать сергианством. Термин крайне неудачный, но иного нет, этот прочно вошёл не только в околоцерковный обиход, но даже в речь историков-профессионалов.

    Сергианцы твёрдо усвоили этические постулаты советского государства, сергианство - это христианство, «наглотавшееся советчины всласть». Согласно фундаментальной (разумеется, негласной, но общепринятой) сергианской доктрине, ни один член Церкви - от Святейшего Патриарха до лаика («верного») - никогда не обладал и ныне не обладает правом на правду. Цель безусловно оправдывает средства: цель - всё, средства (т.е. пути достижения цели) - ничто. Самая гнусная, бесстыжая ложь «ради спасения Церкви» не только не осуждается, но даже не обсуждается.

    Апологеты сергианства до скрежета зубовного ненавидят этот термин. Как-то в конце 80-х гг. прошлого века в «Огоньке» был «круглый стол»: спорили, но вполне благожелательно, даже шутили и смеялись, пока один из нас, Андрей Бессмертный, не произнёс табуированное слово. Всё. За столом сидел ныне здравствующий Патриарх (тогда - архиепископ) Кирилл. Он хлопнул ладонью по столу, что-то гневно сказал, нас всех разъединили ледяные торосы. Ни один больше не слышал другого.

    В 1965 г. в квартире А.В. Ведерникова в Плотниковом переулке, в пяти минутах ходьбы от Арбата, священник Николай Эшлиман читал своё знаменитое «Открытое письмо» Патриарху Алексию (Симанскому). Собралось человек десять. Строжайшая конспирация. Выпивали (весьма умеренно), закусывали, одобрительно кивали, соглашаясь, - единомышленники! - пока отец Николай не произнёс всё то же слово. «Молокососы! Щенки!» - закричал неизменно тактичный Анатолий Васильевич. - «Как вы смеете говорить о митрополите Сергии? Я его хорошо знал и писал о нём!» Расходились молча.

    А.В. Карташев тоже близко знал митрополита Сергия. Он писал:

    «Пример - капитуляция московских иерархов пред служением мировому коммунизму под предлогом будто бы обязательной для православия коллаборации с государством, безразлично каким по своей духовной сущности. Если такой соблазн богословской мысли и такого умопомрачающего церковного действия мог произойти с таким большим богословом и вместе с таким бескорыстным аскетом-монахом, как покойный патриарх Сергий (Страгородский), то что же говорить о преемнике его патриархе Алексии, и других. <…> Непростительно смешивать святое и нечестивое, благовоние фимиама и зловоние сероводорода, божье и дьявольское. Если такое смешение не показной самообман, то это болезнь совести, схождение с совести как сходят с ума. Это интервенция мистических тёмных сил в грешную человеческую жизнь, духовно не ограждённую от козней дьявольских. Словом, мы стоим пред страшным фактом потери различия добра от зла». (Православие в жизни. Нью-Йорк, 1953. С. 148)

    Забыть о совести, утратить различие добра от зла, пожертвовать ради чего-либо правом на правду - означает поставить политику выше религии, сознательно и добровольно выйти за пределы церковного двора.

    Большевикам было необходимо, чтобы попы стали советскими людьми, усвоили коммунистическую нравственность ради высших, благороднейших целей пожертвовали пустячком - правом на правду.

    В июле 1927 г. митрополит Сергий и его Священный Синод негласно заключили с советским правительством обоюдовыгодную сделку: отдали «пустячок», получили взамен легализацию Церкви. Потом легализовавшие методично, год за годом, расстреливали легализованных. Сколько епископов было живо в 1927 г.? Сколько через семь лет, когда 14 (27) апреля 1934 г. по предложению митрополита Алексия (будущего Патриарха) Сергий был посажен на Патриаршую (!!!) Московскую кафедру «за мудрое руководство кораблём церковным» с особым титулом «Блаженнейший»? А ещё через семь лет, в 1941 г., - сколько епископов? Говорят - четыре: Сергий, Алексий, многолетний активный сотрудник НКВД Николай (Ярушевич) да «церковный власовец» Сергий (Воскресенский). Вот и вся «структура Церкви», которую сохранил «мудрый старец». А «пустячок» - право на правду - отданный большевикам по тому негласному конкордату, когда-нибудь кому-нибудь вернули?

    Руководство «мудрого кормчего» неизбежно привело к тому, что все священнослужители, спасшиеся на том церковном корабле, стали не рабами, а лакеями, совслужащими в агентстве коммунистической агитации и пропаганды.

    Все сергианцы все годы неизменно повторяют слова, напечатанные в «Новой газете» 26.10.2015:

    «Подписание под жесточайшим давлением ОГПУ и с очевидными вставками, сделанными сотрудниками этой организации, Декларации в июле 1927 года было проявлением не коллаборационизма и сервилизма, но выбором такого компромисса с властью, который для выбравшего его предполагал путь мученичества через унижение и собственное попрание ради спасения Церкви».

    Это столбовой путь «красных попов» обновленцев. Новомученики и Исповедники российские избрали диаметрально противоположный путь: путь правды.

    «Православная Церковь не может по примеру обновленцев засвидетельствовать, что религия в пределах СССР не подвергается никаким стеснениям и что нет другой страны, в которой она пользовалась бы столь полной свободой. Она не скажет вслух всего мира этой позорной лжи, которая может быть внушена только или лицемерием, или сервилизмом, или полным равнодушием к судьбам религии, заслуживающим безграничного осуждения в её служителях».

    Это «Послание к правительству СССР» соловецких епископов-исповедников обычно датируется маем того же 1927 г., что и паскудная сергиева Декларация. От неё, Декларации этой, за версту несёт ароматом ГПУ. Впрочем, сергианцы и сами о том злосмрадном запахе пишут. «Соловецкое послание», несомненно, - голос Церкви, ГПУ-шники его не редактировали.

    Соловецкие епископы предложили нам три объяснения всем словам и поступкам сергианцев:

    1. лицемерие

    2. сервилизм

    3. полное равнодушие к судьбам религии, заслуживающее.. и т.д.

    Только три, четвёртого не дано. Соловецкие епископы, безусловно оставаясь лояльными гражданами Советского Союза, требовали для себя и для Церкви немыслимого, чем с первого дня октябрьского переворота не обладал ни один человек, - духовной свободы, права на правду.

    «При таком глубоком расхождении в самых основах миросозерцания между Церковью и государством не может быть никакого внутреннего сближения или примирения, как невозможно примирение между положением и отрицанием, между да и нет, потому что душою Церкви, условием её бытия и смыслом её существования является то самое, что категорически отрицает коммунизм».

    В вопросах нравственности, справедливости, права соловецкие епископы непоколебимо оставались в пределах церковной ограды.

    Сергианцы, руководствуясь требованиями данного конкретного момента и конкретной исторической (политической) ситуации, вышли из «церковного двора», сделали в угоду советской власти всего лишь один шаг за пределы той невидимой ограды. Дальше всё сразу стало очень легко и предельно просто. «Ты мне позволь только лапочку на воз положить, а там уж я сама залезу».

    В июле 1927 года митрополит Сергий и члены его Синода подписали Декларацию «с очевидными вставками, сделанными сотрудниками ОГПУ», пишут сергианцы. Всё. Через два с половиной года, в феврале 1930, их никто ни о чём уже не спрашивал: они стали холуями родного советского государства. «Мы, церковные деятели, с нашим народом и с нашим правительством», - гласила Декларация.

    3 (16) февраля 1930 г. в газетах «Правда», «Известия», «Беднота» было опубликовано «Интервью с главой Патриаршей Православной Церкви в СССР Заместителем Патриаршего Местоблюстителя митрополитом Сергием (Страгородским) и его Синодом».

    «Представители советской печати обратились с рядом вопросов к митрополиту Сергию и присутствовавшим при беседе членам Синода. На поставленные вопросы митрополит Сергий и Синод дали следующие ответы:

    Вопрос: Действительно ли существует в СССР гонение на религию и в каких формах оно проявляется?

    Ответ: Гонения на религию в СССР никогда не было и нет. В силу декрета об отделении Церкви от государства исповедание любой веры вполне свободно и никаким государственным органом не преследуется. Больше того. Последнее постановление ВЦИК и СНК РСФСР о религиозных объединениях от 8 апреля 1929 г. (н.ст.) совершенно исключает даже малейшую видимость какого-либо гонения на религию.

    Вопрос: Соответствуют ли действительности сведения, помещаемые в заграничной прессе, относительно жестокостей, чинимых агентами соввласти по отношению к отдельным священнослужителям?

    Ответ: Ни в какой степени эти сведения не отвечают действительности. Всё это - сплошной вымысел, клевета, совершенно недостойная серьёзных людей. К ответственности привлекаются отдельные священнослужители не за религиозную деятельность, а по обвинению в тех или иных антиправительственных деяниях».

    Всё интервью, с первого слова до последнего, - такая же грубая беспардонная большевистская ложь. Под текстом интервью подписи митрополита Сергия и четырёх членов его Синода. В том числе Алексия (Симанского), с начала февраля 1945 г. - Святейшего Патриарха Московского и всея Руси, о котором писал А.В. Карташев.

    Через восемьдесят лет секулярные историки выяснили, что никто митрополиту Сергию и членам Синода вопросы не задавал и они на вопросы, естественно, не отвечали. Весь текст интервью, все вопросы и ответы, сочинил по заданию Политбюро ЦК ВКП(б) председатель Союза воинствующих безбожников Е.Ярославский. Потом этот текст был отредактирован и дополнен И.Сталиным. Митрополит Сергий узнал, что он, глава Патриаршей Православной Церкви в СССР, отвечал на чьи-то вопросы из газеты «Правда».

    Но через два дня, 5 (18) февраля 1930 г., в интервью иностранным корреспондентам, он заявил, что интервью давал он и его Синод:

    «Вопрос: Какое количество священников было приговорено к тюремному заключению и к ссылке в 1929 г. и за какие проступки?

    Ответ: По этому вопросу мы уже высказались в интервью от 16 февраля 1930 г. (н.ст.), данному представителям советской печати».

    Пикантнейшая особенность всей истории в том, что 80 лет ни церковные, ни светские специалисты не могли отличить текст главного воинствующего безбожника Е.Ярославского от текста главы Патриаршей Церкви.

    В 1942 г. Сергий опять подписал злобную клевету на всех Новомучеников Российских в книге «Правда о религии в России».

    Впрочем, его преемник, Патриарх Алексий (Симанский), был таким же сергианцем: льстивым и лживым человекоугодником. 20 мая 1944 г. в «Письме Патриаршего Местоблюстителя, митрополита Алексия председателю Совета Народных Комиссаров маршалу Советского Союза И.В. Сталину» он писал о почившем митрополите Сергии:

    «Нам, его ближайшим помощникам, близко известно и его чувство самой искренней любви к Вам и преданности Вам, как мудрому, Богопоставленному Вождю (это его постоянное выражение) народов нашего великого Союза. Это чувство проявлялось в нём с особой силой после личного его знакомства с Вами 4 сентября минувшего года. Не раз приходилось мне слышать от него, с каким чувством он вспоминал об этом свидании и какое высокое, историческое значение он придавал Вашему, ценнейшему для нас, вниманию к церковным нуждам».

    Сергианцев первых 25 лет невозможно оправдать, но легко понять: «никто из нас не герой», нельзя требовать от людей массового героизма. Пока был жив И.Сталин, любому человеку каждую минуту грозили лесоповал, ссылка за Полярный круг, браунинг. Понять сергианцев последующих шестидесяти лет несравненно сложнее.

    Что заставляло, например, чрезвычайно умного, всесторонне одарённого митрополита Никодима (Ротова) всю жизнь бессовестно лгать в нашей стране и за рубежом? Никодим был большим сергианцем, чем сам митрополит Сергий.

    Хорошо знавший Никодима архиепископ Василий (Кривошеин) вспоминал:

    «Хочу упомянуть об одном эпизоде, самом по себе незначительном, но интересном для характеристики митрополита Никодима и усвоенной им советской привычки говорить ложь без всякой к тому необходимости, даже не замечая того и не помня (я не говорю здесь о публичных высказываниях, не соответствующих действительности, их можно если не оправдать, то по-человечеству понять и извинить…» (Архиепископ Василий (Кривошеин). Воспоминания. Н.Новгород, 1998. С. 314) О подобных эпизодах, когда Никодим «заврался», близкие ему люди рассказывают постоянно. Обычный советский функционер. В нашей Церкви их принято именовать сергианами. Хотя, повторю, термин кажется мне неудачным.

    «Можно отметить ряд серьёзных вопросов, из-за которых у нас возникали с ним трудности. Во-первых, его советофильские высказывания. Все эти восхваления «Великой Октябрьской» нас, конечно, глубоко огорчали и как таковые, и потому, что наносили ущерб доброму имени Русской Православной Церкви и являлись препятствием к воссоединению с ней отколовшихся от неё частей. То же можно сказать и о так называемой миротворческой деятельности Московской Патриархии, до мелочей следующей за всеми изгибами советской внешней политики (вроде борьбы с пресловутой конвергенций). <…>

    Несравненно более печальны и опасны были попытки как-то с христианской точки зрения идеологически оправдать атеизм и революцию. <…> Сюда же относится и пресловутое «октябрьское богословие», о котором я уже говорил: рассматривать октябрьский переворот как величайшее событие в истории христианства, какое-то новое откровение Божие, подобное Воплощению. Такого рода статья была напечатана митрополитом Никодимом в ЖМП» (Там же, с. 328-330)

    Одно несомненно: все сергианцы - советские люди. Оттого и всё. Все нынешние болезни РПЦ МП.

    Священник Георгий Эдельштейн

    Воскресенский храм с. Карабаново

    Костромская епархия РПЦ МП

). Вот предисловие к будущей книге.

«Всем нам необходимо
хранить чувство правды
и требовать от себя и от других
право на правду»

Архиепископ Смоленский и Вяземский
Кирилл (Гундяев), 1989 г.

Я осознал, что напишу и опубликую эту книгу лет 75 назад.
Во время «мёртвого часа» в детском саду на цыпочках вошла воспитательница и сняла со стены портрет П.Постышева. Когда мы все пришли на полдник, я спросил: «Клавдия Петровна, почему Вы сняли товарища Постышева?» Она произнесла: «Тш, тш» и быстро ушла.
Мама объяснила, что Постышева нельзя называть «товарищем» и говорить о нём ни с кем нельзя. Папа сказал, что Постышев – враг народа. О врагах народа нужно молчать. Вырастешь – поймёшь. А пока – молчи.
Тётя Франя и тётя Дора, соседки по квартире, сказали, что Постышев – «пшеклентый большевик», что он вместе с Косиором и Якиром устроил на Украине голодомор, за это их, злодеев, Бог наказал. Только ты, Юраня, никому ничего не говори.
Я забрался под кровать, где сидел кот Мурзик, и дал ему честное слово, что, когда вырасту, никогда никому не буду говорить: «Тш, тш». Мне было тогда семь лет.
В детском саду мы каждый день бодро маршировали и громко пели песню «Если завтра война»:

Мы войны не хотим, но себя защитим,
Оборону крепим мы недаром.
И на вражьей земле мы врага разобьём
Малокровным, могучим ударом!

Так обещал товарищу Сталину нарком Клим Ворошилов. Война будет идти только на земле врага. Могучим ударом.
Когда мне исполнилось девять лет, немцы рвались к Москве. Мурзик остался в Киеве: мы уехали в товарном вагоне ночью, кот гулял во дворе.
На все вопросы о «малокровном могучем ударе на земле врага» я получал один ответ: «Тш, тш!»
Окончилась война, мне было тринадцать, мама работала в детском доме на станции Келес, недалеко от Ташкента. Под утро какой-то бродяга залез в кухню и украл две буханки хлеба. Завхоз и военрук поймали его, вызвали милицию. «Заявление будете писать?» - спросил милиционер. «Смысла нет, - ответил военрук, - мы его тут пару раз с размаху на жопу посадили, у него всё внутри оборвалось, скоро сдохнет». «Вы убили человека, фашисты!» - закричала мама. «Закрой рот, старуха», - сказал милиционер (маме был 41 год). «Смотри, чтоб твой щенок держал язык за зубами. - кивнул на меня завхоз, - Болтун – находка для врага!» И все весело рассмеялись.

В предисловии полагается рассказать:
1. Немного об авторе.
2. Немного о его творчестве.
3. Почему автор не только написал, но и опубликовал свою книгу.
Автор – священник Русской Православной Церкви. Только этим он интересен.
Говорят, у каждого человека три личности, три сущности, три характера:
Во-первых, личность, которую он приписывает себе, которую сам человек считает своей сущностью.
Во-вторых, совокупность черт и характеров, которые приписывают ему другие люди (друзья и недруги). Как писал лет сто назад один довольно широко известный в СССР псевдо-философ, «каждый человек есть объективная реальность, данная нам в ощущениях».
В-третьих, личность как объективная реальность, независимо от нашего восприятия. Иными словами, подлинная сущность каждого человека, что записана в Книге Бытия у Господа Бога.
Первая личность (самооценка автора) для данного текста нерелевантна. Третья скрыта от нас до Страшного Суда. Поэтому ограничимся второй – официальной характеристикой автора этой книги.
Характеристика, безусловно, объективна, ведь она написана для областного управления милиции, она будет подшита в уголовное дело № 4064, будет оглашена в судебном заседании, от неё в значительной мере зависит, получит ли подсудимый минимальный срок или максимальный.
Итак, два документа служебной переписки об авторе этой книги.

«Архиепископу Вологодскому
и Великоустюжскому Михаилу
№ 20/400 17.07.1987

Для приобщения к уголовному делу прошу выдать характеристику на бывшего настоятеля Никольской церкви священника Эдельштейна Юрия Михайловича, 1932 г.р. В характеристике прошу отразить отношение Эдельштейна к вопросам политики, нравственности, семьи, дисциплины, права, материального благополучия, истинность и искренность вероисповедания, взаимоотношение с верующими, священнослужителями. Поступали ли на него жалобы и какого характера. В характеристике прошу отразить также и другие сведения о его личности.
Характеристику прошу направить по адресу: г. Вологда, ул. Мира, д. 30, СО УВД ВО.

Следователь СО УВД Вологодского облисполкома капитан милиции В.Н. Смыслов»

Характеристика
священника Георгия Эдельштейна

Георгий Михайлович Эдельштейн 1932 года рождения, по национальности польский еврей, был в 1979 году рукоположен во диакона, а 24 ноября того же года – во пресвитера Высокопреосвященным Хризостомом, Архиепископом Курским и Белгородским (ныне – Иркутским и Читинским).
С июня 1982 г. по 23 января 1987 г. находился в штате Вологодской епархии, в частности, до 13 октября 1984 г. в должности настоятеля Свято-Ильинской церкви г. Кадникова Сокольского района, в дальнейшем по 23 января 1987 г. в должности настоятеля Свято-Никольской церкви с. Ламаниха Вологодского района, когда он был уволен за штат с одновременным запрещением в священнослужении, которое, однако, было снято 14 апреля с.г. в связи с истечением срока запрещения.
О. Г.Эдельштейн к моменту принятия сана имел законченное высшее образование по английскому языку в результате окончания в 1956 г. Ленинградского института иностранных языков и аспирантуры – в 1964 году.
В течение большей части служения в Вологодской епархии о.Г.Эдельштейн проявлял себя положительно: служил достаточно усердно, проповедовал с большим усердием, посещал тяжелобольных по вызовам. Отличался большой пунктуальностью в составлении отчётной документации и пр. деловых бумаг.
Однако, за последний год служения (в 1986 г.) о.Георгий Эдельштейн допустил ряд серьёзных отрицательных поступков, вызвавших упомянутое выше запрещение и увольнение в заштатное состояние.
Такими нарушениями церковных и гражданских положений являлись:
1. Систематическое вмешательство в хозяйственную жизнь прихода, сопровождаемое злоупотреблением настоятельским авторитетом: настоятель побуждал церковный совет к непроизводительным, непосильным для прихода расходам, причём, установлено недобросовестное отношение к церковным суммам, проходившим через его руки (в частности, до сих пор Георгий Эдельштейн не расплатился с Епархиальным управлением за книги, полученные им якобы для своего церковного совета, которые, однако, церковный совет не заказывал и не получил);
2. В течение лета 1986 г. Георгий Эдельштейн принимал и расселял в церковных помещениях села Ламаниха большое число людей, главным образом из Москвы, устроив в приходе своего рода лагерь летнего отдыха, причиняя тем самым множество неудобств и забот церковному совету.
По свидетельству многих прихожан церкви с. Ламаниха, отъезжавшие гости были нагружены мешками и рюкзаками, по внешнему виду которых можно было предположить наличие в них икон или книг, пропажа которых впоследствии подтвердилась.
Несмотря на строгий выговор, объявленный о.Георгию Эдельштейну указом № 36/258 от 21 декабря 1986 г., посещения посторонними лицами прихода с. Ламаниха, их ночлег в церковных помещениях и отъезд с наводящим на размышления грузом продолжался, что и вызвало упомянутое выше запрещение в священнослужении с одновременным увольнением за штат (указ № 4/262 от 23 января 1987 года).
После выбытия из села Ламаниха о.Георгий Эдельштейн неоднократно посещал церковь и настоятельский дом, где, по его словам, им были оставлены лично ему принадлежащие вещи. Последнее такое посещение было в Вербное воскресение 12 апреля с.г. 14 апреля с.г., т.е. в отсутствие о.Г.Эдельштейна, церковный совет с участием представителя милиции и сельсовета вскрыл одну из дверей дома и обнаружил в доме большое число пропадавших за последнее время в церкви предметов (несколько чаш, лжицы, звездицы, десятки икон и др.), о чём составлен соответствующий акт. Поступление этих предметов в руки Г.Эдельштейна никак не оформлялось, так что их приходится считать похищенными.
Изложенные факты доведены до сведения Уполномоченного Совета по делам религий по Вологодской области.
В связи с некоторыми из аспектов, затронутых в письме № 20/400 от 17 июля с.г. УВД Вологодского Облисполкома, поступившем 21 июля, т.е. после составления вышеприведённого текста характеристики, считаю возможным с уверенностью добавить следующее:
Г.Эдельштейн за время служения в Вологодской епархии поддерживал близкие отношения с некоторыми священнослужителями. Однако, как мне потом говорили, эти отношения портились в связи с его неискренностью, попытками оказывать влияние, соединённое с вмешательством в семейную жизнь.
Нет оснований подозревать о.Г.Эдельштейна в неискренности его религиозных убеждений: он верующий человек, поддающийся искушениям, главным образом – желанию поддержать добрые отношения с многочисленными приятелями и друзьями, ради ублажения которых он готов даже подарить (может быть, продать?) церковные, т.е. не принадлежащие ему иконы и другую утварь.
Лично он нетребователен к материальной стороне жизни, неаккуратен вплоть до физической нечистоплотности.
Его политическая настроенность мне неизвестна, но очень юридически «подкован», хорошо ориентируется в сложностях действующего законодательства о культах и в своей священнической деятельности скрупулёзно его соблюдал, используя также с доступной ему полнотой предоставляемые законом возможности.

Составлена для представления в Вологодское УВД по затребованию.

Управляющий Вологодской епархией
Архиепископ Вологодский и Великоустюжский
Печать, личная подпись».

Такова личность автора данной книги глазами и устами его правящего архиерея, его собрата во Христе и сослужителя. Четыре года они, епископ и пресвитер, совершали Божественную Литургию у одного святого Престола, обменивались братским целованием: «Христос посреди нас!» - «И есть, и будет!»
Через три месяца после написания характеристики архиепископ Михаил уточнил: «Да Эдельштейн вообще человек неверующий, о чём откровенно признался областному уполномоченному Совета по делам религий».
Итак, с автором всё ясно.
Второе. О творчестве автора судить следует самому читателю. Могу лишь пояснить, что все предыдущие работы автора, если и хвалили, то скупо и редко. Например, в опровержение его кандидатской диссертации успешно защитили 9 или 10 диссертаций.
Защитить докторскую («Раннесредневековые учения о языке») духовник не благословил. Публикации по докторской не критиковали: тема, полагаю, скучная.
За интервью «Чекисты… в рясах» еженедельнику «Аргументы и факты» № 36, август 1991 г. собратья три часа плевали мне в харю. Рецензии на статьи, вошедшие в «Записки сельского священника», (например, письмо митрополита Гедеона в газету «Пределы века») были не намного более корректны. У меня есть основания предполагать, что и Патриарх Кирилл не был в восторге от моего интервью газете «АиФ». Там было сказано: «Владыка Кирилл является руководителем Отдела внешних церковных сношений – учреждения, которое кагэбэзировано полностью, начиная с председателя и кончая швейцаром».
Около 20 лет назад я был на конференции в Кишинёве. За столом президиума – первые лица государства: президент Молдавии, глава правительства, спикер парламента. Здесь же – председатель ОВЦС митрополит Кирилл и первоиерарх Молдавской Церкви митрополит Владимир.
Ведущий, академик И. Друцэ, говорит: «Слово предоставляется Льву Михайловичу Тимофееву, подготовиться священнику Георгию Эдельштейну». Но потом почему-то предоставили слово католическому епископу. Во время перерыва Ион Друцэ подошёл ко мне: «Отец Георгий, чем Вы так насолили митрополиту Кириллу?» - «Не знаю, не уверен, что он помнит моё имя». – «Отлично помнит. Как только я назвал Вас, Кирилл сказал мне: «В моём присутствии прошу слово Эдельштейну не предоставлять. Завтра меня здесь не будет, пусть болтает хоть целый день».»
Третье. Почему не только написал, но и опубликовал. Ответ проще простого: потому, что автор – христианин. Хоронячество – антихристианская добродетель. Великий каппадокиец Григорий Богослов однозначно сформулировал более полутора тысяч лет назад: «Молчанием предаётся Бог».
Священномученики митрополит Филипп и митрополит Арсений (Мациевич) с точки зрения здравого смысла – просто глупцы. Бессмысленно было публично обличать безумного тирана Ивана Грозного или вольтерьянку Екатерину II. Оба порфироносных палача прославлены сегодня намного шире, чем их жертвы.
И совсем уж в пренебрежении у нас подвиг членов Святейшего Синода, засвидетельствовавших факт отпадения от Церкви Л.Н. Толстого. Бессмысленнейшее деяние, единственный его результат – ушаты нечистот, вылитых на головы подписавших «прогрессивной мировой общественностью».
Жена писателя, Софья Андреевна, писала в феврале 1901 г.: «Бумага эта вызвала негодование в обществе… Льву Николаевичу три дня подряд делали овации, приносили корзины с живыми цветами, посылали телеграммы, письма. Посетители с утра до вечера: целые толпы… Я написала в тот же день своё письмо митрополитам… Оно переведено на все иностранные языки. Меня это радовало…»
Зачем мудрый митрополит Антоний (Вадковский) отвечал на письма Софьи Андреевны? Нелепо было пытаться переубедить её, тем более «всю мировую прогрессивную общественность». Корзины цветов «мудрому мыслителю Толстому» до сих пор несут. И овации до сего дня не прекращаются. Митрополит Антоний знал это, но он был христианином и считал своим долгом свидетельствовать.
Я не педагог, не агитатор, не миссионер. Я считаю своим долгом только свидетельствовать. Если кто-то называет мои писания бесцельными и бессмысленными, я не возражаю.
Блудного сына никто не агитировал. Он сам всё осознал, встал и пошёл к Отцу. Верую и исповедую, что и наши блудные сергианцы вернутся к Поместному Собору 1917-1918 годов, к заветам Соловецких епископов-исповедников. Ибо только там наш Отец – с Новомучениками и Исповедниками Российскими, с участниками того Святого Собора.

Мне было 24 года, я заканчивал институт иностранных языков. На последнем госэкзамене в билете был вопрос «Нравственное воспитание – составная часть коммунистического воспитания».
Я начал вяло мямлить, что коммунизм, как и его двойник национал-социализм, – категории политические, а мораль и нравственность – религиозные, общечеловеческие. Они пребывают неизменными во всех общественных формациях. Наиболее чётко эти законы сформулированы во второй книге пророка Моисея, именуемой «Исход».
Все пять членов комиссии проснулись, наперебой стали задавать какие-то идиотские вопросы, потом выгнали меня вон из аудитории.
Декан английского факультета Марина Боровик привела меня в деканат, налила коньяку, положила бутерброды и сказала, что я – дурак. Мы выпили. Я попросил ещё немножко. «Блевать будешь. Хватит там наблевал, идиот! Наш институт объединяют с Герценовским пединститутом. Если в Министерстве или в горкоме узнают о твоей блевотине, мы потеряем пять-шесть ставок. У нас и так одни космополиты безродные: Ильиш, Тураева, Доггель, Гутерман. Ты их куска хлеба лишаешь, баптист!»
Я сказал, что я не баптист, просто хотел сказать правду хоть один раз. «Кому нужна твоя правда? Ты в герои лезешь, Блевако?» «Никому не нужна и никуда не лезу… Просто когда-то давно честное слово Мурзику дал».
Сегодня, через 60 лет после беседы с Мариной Боровик, ничего к своим тогдашним словам добавить не могу".

Познакомиться с новой книгой отца Георгия Эдельштейна «Право на правду» в муниципальной художественной галерее Костромы 21 июля собралось около полусотни человек - костромичи, москвичи, ярославцы. Презентацию аудиокниги настоятеля храма в селе Карабаново приурочили к 85-летию автора, но постарались сделать это так, чтобы, по словам модератора встречи, координатора Комитета гражданских инициатив в Костромской области , юбиляр ничего не заподозрил - иначе он не позволил бы вовлечь себя в торжества. На презентации побывал корреспондент « ».

Антипрезентация

По словам Николая Сорокина, хотя название аудиокниги такое же, как у изданной в начале года книги, содержание ее совпадает с печатной версией не более чем на 10%.


Георгий Эдельштейн и Николай Сорокин

Когда в марте в Костроме проходила презентация печатной книги Георгия Эдельштейна «Право на правду», участникам показали видеообращение одной из основательниц Московской Хельсинкской группы Людмилы Алексеевой. Теперь при презентации одноименной аудиокниги видеоприветствие отцу Георгию направили еще два члена этой правозащитной организации - Валерий Борщов и Алексей Симонов.

Отец Георгий поблагодарил всех, кто принял участие в создании аудиокниги, но объявил, что поставил бы за нее «тройку с двумя минусами», потому что если при написании традиционной печатной книги содержание можно постоянно править, то при записи аудиокниги сказанное уже не изменить.

Я насчитал порядка 50–60 «блох», - признался автор, имея в виду выявленные после записи ошибки и неточности. Он сослался на сложность передачи мысли, о которой еще Тютчев писал: «Мысль изреченная есть ложь».

Отец Георгий выразил сожаление по поводу того, что аудиокнига записывалась как монолог - ответы на вопросы звучали бы, по его мнению, живее и интереснее.

Если бы я прослушал подобную аудиокнигу, написанную кем-то другим, то не стал бы относиться к ее автору серьезно, - подытожил критические замечания в свой адрес священник.

Некоторые участники встречи выступили с поздравительными речами, юбиляр смутился. Зато на вопросы он охотно ответил. Спрашивали про отношение к фигуре Николая II , про реакцию руководства РПЦ на критику со стороны костромского священника, про отношение к старцу Науму из Троице-Сергиевой лавры [православный старец, по некоторым свидетельствам, наследует традиции юродства и обладает даром прозорливости]. Отец Георгий ответил, что лично был знаком с отцом Наумом, но, так сложилось, встречал его исключительно в комических ситуациях. Например, однажды увидел отца Наума, идущего с замотанной полотенцем головой и громко ругающегося. Оказалось, когда он мылся в бане, отключили горячую воду.

Отец Георгий призвал присутствующих спорить, возражать, оппонировать ему, но желающих делать это не нашлось.

Две беды Русской православной церкви

Раскрывая основное содержание очередного произведения, отец Георгий назвал две главные беды Русской православной церкви - неправду и зависимость церкви от государства.

Священнослужители слишком часто говорят неправду, от патриарха до дьяконов, - заявил автор «Права на правду». Причем, по его мнению, самой распространенной формой лжи является молчание. Эдельштейн считает, что церковь должна быть независимой и свободной, только тогда она сможет стать душой общества, душой народа и творческим началом.

Патриарх в трамвае

Отец Георгий рассказал, что сегодня найти православный календарь без фотографии патриарха невозможно. Он сравнил нынешнее отношение к иерарху церкви с культом личности и констатировал: «Мы Господу Богу кадим меньше, чем патриарху».

По его мнению, РПЦ необходимо брать пример с римско-католической церкви и с бывшего патриарха Сербской православной церкви Павла, который не чурался ездить в обычном трамвае.

А наши священники отгородились от паствы высоченной стеной и непроходимым рвом, - констатировал отец Георгий.

Георгий Эдельшейн - протоиерей Русской православной церкви, участник диссидентского движения в СССР, член правозащитной организации «Московская Хельсинкская группа», кандидат филологических наук.

В сан священника был рукоположен в 1979 году, с 1992 года - настоятель храма Воскресения Христова в селе Карабаново.

C тудия «АРДИС» предлагает вашему вниманию аудиокнигу, входящую в проект «Живой голос свидетеля эпохи». Не врать! Перед вами – аудиокнига сельского священника Георгия Эдельштейна, записанная по материалам его книги «Право на правду», вышедшей в 2017 году. «В церкви, самое страшное – один раз солгать. Как только ты солгал, как только ты сделал маленький шажок за церковную ограду – все, ты ушел из церкви», – считает автор. В книгу «Право на правду» вошли статьи, которые Георгий Эдельштейн публиковал в своем «Живом журнале», его воспоминания о жизни, литературе и истории. Уникальность издания в том, что автор не маскирует проблемы, существующие в обществе и церкви, а честно и доходчиво рассказывает о них. «Прошу любого человека понимать, что я никогда не критиковал и не буду критиковать мою Церковь, но я критикую своих собратьев-священнослужителей и патриарха, если вижу какие-то ошибки», – так объясняет автор свою позицию. По мере сил и веры… Не врать! Стараться не врать каждый день, каждый час, каждое мгновенье своей жизни…. Просто не врать. Потомучто есть Бог! Потому что стыдно и унизительно. Потому что врать плохо. И на душе скверно. Это такой путь… Один из многих к Богу. Путь отца Георгия Эдельштейна. Георгий Эдельштейн – протоиерей Русской православной церкви, участник диссидентского движении в СССР, член правозащитной организации «Московская Хельсинкская группа». В сан священника был рукоположен в 1979 году, с 1992 года – настоятель храма Воскресения Христова в селе Карабаново. Звукорежиссеры: Редас Шулякас, Константин Солнцев Фото: Роман Мордашев Координатор проекта: Елена Глубоковская © Протоиерей о. Георгий Эдельштейн ℗ Ю. И. Метелкин, www. AudioPedia. su

Издательство: "АРДИС"

аудиокнига можно скачать

Купить за 194 руб и скачать на Litres

Другие книги схожей тематики:

    Автор Книга Описание Год Цена Тип книги
    Георгий Эдельштейн C тудия «АРДИС» предлагает вашему вниманию аудиокнигу, входящую в проект «Живой голос свидетеля эпохи». Не врать! Перед вами – аудиокнига сельского священника Георгия Эдельштейна, записанная по… - АРДИС, (формат: 84x108/32, 512 стр.) аудиокнига можно скачать
    194 аудиокнига
    Протоиерей Георгий Эдельштейн Перед вами - аудиокнига сельского священника Георгия Эдельштейна, записанная по материалам его книги "Право на правду", вышедшей в 2017 году." В церкви, самое страшное - один раз солгать. Как только… - Ардис, (формат: 84x108/32, 512 стр.) Религия 2017
    264 бумажная книга
    C тудия 171;АРДИС 187;предлагает вашему вниманию аудиокнигу, входящую в проект 171;Живой голос свидетеля эпохи 187;. Не врать! Перед вами – аудиокнига сельского священника Георгия… - (формат: 84x108/32, 512 стр.)
    180 бумажная книга
    C тудия «АРДИС» предлагает вашему вниманию аудиокнигу, входящую в проект «Живой голос свидетеля эпохи». Не врать! Перед вами – аудиокнига сельского священника Георгия Эдельштейна, записанная по… - (формат: 84x108/32, 512 стр.)
    269 бумажная книга
    Александр Мазин Он - выше понятий и выше закона. Он сам вершит закон, отвечая ударом - на удар, пулей - на пулю, силой - против силы. Он - не из тех, кто готов отдать жизнь, защищая Правду. Он тот, кто способен ее… - АСТ, Астрель-СПб, (формат: 84x108/32, 512 стр.) Боевик от Александра Мазина 2005
    167 бумажная книга
    Александр Мазин Он – выше понятий и выше закона. Он сам вершит закон, отвечая ударом – на удар, пулей – на пулю, силой – против силы. Он – не из тех, кто готов отдать жизнь, защищая Правду. Он тот, кто способен ее… - Автор, (формат: 84x108/32, 512 стр.) Инквизитор электронная книга 2000
    99 электронная книга
    Александр Мазин Он – выше понятий и выше закона. Он сам вершит закон, отвечая ударом – на удар, пулей – на пулю, силой – против силы. Он – не из тех, кто готов отдать жизнь, защищая Правду. Он тот, кто способен ее… - Александр Мазин, (формат: 84x108/32, 512 стр.) Инквизитор
    бумажная книга
    Александр Мазин Он – выше понятий и выше закона. Он сам вершит закон, отвечая ударом – на удар, пулей – на пулю, силой – против силы. Он – не из тех, кто готов отдать жизнь, защищая Правду. Он тот, кто способен ее… - ЛитРес: чтец, (формат: 84x108/32, 512 стр.) Инквизитор аудиокнига можно скачать
    126 аудиокнига
    Александр Мазин Загл. обл.: Право на месть. Он - выше понятий и выше закона. Он сам вершит закон, отвечая ударом на удар, пулей - на пулю, силой - против силы. Он не из тех, кто готов отдать жизнь, защищая Правду… - Астрель-СПб, АСТ, (формат: 70x90/32, 288 стр.) Боевик от Александра Мазина 2006
    36.4 бумажная книга
    Антон Таммсааре Таллин, 1953 год. Эстонское государственное издательство. Издательский переплет. Сохранность хорошая. В издании представлен роман "Правда и право" (1926 - 33) эстонского писателя Антона Таммсааре… - Эстонское государственное издательство, (формат: 84x108/32, 512 стр.) 1953
    147 бумажная книга
    О. В. Ефремов В этой книге нет рекламы, пиара или расследований. Ее автор стремится найти внятный, аргументированный и реалистично звучащий ответ на вопросы: почему, если курить, пить и есть холестеринсодержащие… - Вектор, Здоровье на все 100! электронная книга 2011
    33.99 электронная книга
    О. В. Ефремов В этой книге нет рекламы, пиара или расследований. Ее автор стремится найти внятный, аргументированный и реалистично звучащий ответ на вопросы: почему, если курить, пить и есть холестеринсодержащие… - Вектор, (формат: 84x108/32, 512 стр.) Здоровье на все 100! 2011
    бумажная книга
    Кэмпбелл Колин, Джейкобсон Говард О чем эта книга Эта книга сделает вас здоровее! Представьте, ученые всего мира созвали пресс-конференцию, чтобы явить миру новое лекарство. Они научно доказали, что эта волшебная таблетка… - Манн, Иванов и Фербер, (формат: 84x108/32, 512 стр.) 2014
    735 бумажная книга
    Валентин Красногоров «О чем эта книга? Мне бы очень хотелось сказать: о свободе мысли, о свободе слова, свободе печати, просто – о свободе. Но эта книга – о несвободе. О том, кто, как и почему отнимал (а иногда и… - Прометей, (формат: 84x108/32, 512 стр.) электронная книга 2017
    220 электронная книга
    Валентин Красногоров «О чем эта книга? Мне бы очень хотелось сказать: о свободе мысли, о свободе слова, свободе печати, просто – о свободе.Но эта книга – о несвободе. О том, кто, как и почему отнимал (а иногда и… - Прометей, (формат: 84x108/32, 512 стр.) 2017
    бумажная книга
    Другие книги по запросу «Право на правду» >>

    См. также в других словарях:

      ПРАВО - История многих слов и понятий связана с историей международного общения культур и языков. Такие слова, как право, можно изучать лишь на фоне истории слов греч. ε぀θύτης, δικαιοσύνη, лат. jus, немец. Recht, польск. prawo, чешск. pravó. Слово право… … История слов

      Право на «лево» - Les Infidèles … Википедия

      Право обычное

      Право обычное - общественная жизнь регулируется обыкновенно не только прямыми предписаниями и нормами определяющих ее течение лиц (законом), но и правилами, вырабатываемыми самими членами общества в их взаимных сношениях, применительно к обстоятельствам, при… … Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона

      Славянское право - и его история. Понятие. Под славянским правом понимается наука, долженствующая раскрыть начала общественной жизни славян как одного единого целого. К этой цели ведут два пути: изучение современного юридического и политического состояния… … Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона

      Россия. Русское право: Русское крестьянское обычное право - Русское крестьянское обычное право сделалось предметом внимательного изучения русских этнологов и юристов со времени освобождения крестьян от крепостной зависимости. Этнологи нашли в нем новый драгоценный материал для изучения древнейших ступеней … Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона

      Несравненное право - Жанр: эпическое фэнтези - I Расположение, границы, пространство. Королевство Ш. занимает большую, восточную часть Скандинавского полуострова, западную часть которого занимает соединенное с Ш. личной унией королевство Норвегия. Площадь обоих государств вместе равняется… … Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона

    Фильмы

    • Начало конца , 1973 - Рассказ о первых месяцах войны Советского Союза с гитлеровской Германией, о битве под Москвой.
    • С дистанции времени. Советский Союз и китайская революция. , 1986 - На основе редких, малоизвестных документальных материалов фильм рассказывает о наиболее значительных и важных этапах взаимоотношений СССР и КНР.
    • Немцы России. , 1990 - Фильм о русских немцах, о трагической судьбе народа, для которого Россия много веков тому назад стала родным домом.