Марксистско-ленинская теория. Ленинская теория государства и революции. Политическая концепция сталинизма

Отправить свою хорошую работу в базу знаний просто. Используйте форму, расположенную ниже

хорошую работу на сайт»>

Студенты, аспиранты, молодые ученые, использующие базу знаний в своей учебе и работе, будут вам очень благодарны.

Размещено на http://www.allbest.ru/

Вступление

ленинский философия идеологический марксистский

Философия (др. — греч. цйлпупцЯб, дословно: любовь к мудрости) — особая форма познания мира, вырабатывающая систему знаний о наиболее общих характеристиках и фундаментальных принципах реальности (бытия) и познания, бытия человека, об отношении человека и мира; общая теория мира и человека в нем. Она фактически существует в виде множества различных философских учений, которые противостоят друг другу, но при этом и дополняют друг друга.

Один из учеников Гегеля, Карл Маркс подхватил мысль о трансформации мира с помощью мысли и считал философию не столько инструментом понимания мира, сколько средством его изменения. Суть марксистской философии сводилась к тому, что идеальное общество не должно быть сегментировано на классы и это достижимо путём перераспределения собственности, в особенности средств производства. Перераспределение должно было стать результатом «классовой борьбы», когда многочисленный «пролетариат» ощутит свою силу и победит «буржуазию», установив свою диктатуру. Классическая марксистская философия была опробована на деле в результате Революции 1917 года в России, однако идеальное общество в России построить не удалось, так как стратификация (расслаивание) общества сохранилась, а произошла лишь смена элит: на место буржуазии пришла партийная номенклатура.

Хотя почти все экономические предсказания Маркса не сбылись, его философские, в особенности ранние работы представляют интерес для неомарксистов — последователей «умеренного» марксизма в Европе ХХ — ХХI вв. Даже с учётом ошибочности ряда положений классического марксизма, марксистская философия углубляет понимание процессов, которые происходят в обществе. Необычность развития неомарксизма заключается в том, что его последователи последовательно пытались перенести марксизм на другие модные теории. Сразу после войны неомарксисты скомбинировали марксизм с фрейдизмоми приняли непосредственное участие в формировании Франкфуртской школы, в 1970-е годы неомарксисты сочетали философию Маркса с модным в то время структурализмом, а в 1980-е годы попытались адаптировать марксизм под пришедших к власти во многих странах консерваторов. В настоящее время существуют гибриды марксизма и феминизма, марксизма и постструктурализма и др. Таким образом, неомарксизм в настоящее время ищет себя в комбинации с разнообразием той самой «буржуазной философии», которую сам Маркс в своё время решительно отвергал.

Марксистско-ленинская философия была создана на основе взглядов К. Маркса, Ф. Энгельса и В.И. Ленина, и обретшее законченную форму в СССР в 1930-е годы. Философия, созданная К. Марксом (1818-1883) при участии Ф. Энгельса (18200-1895), является наследницей многих высших достижений европейской философской мысли, начиная с мудрецов Древней Греции и кончая мыслителями конца XVIII — начала XIX века.

Марксистско-ленинская философия исходит из того, что мир материален: всё существующее — различные формы движущейся материи, высшей из которых является общество. Мир един и развивается по объективным, не зависящим от сознания людей законам, которые познаются людьми в ходе развития обществ, практики и науки. Люди сами делают свою историю, однако ход общественного развития не определяется свободной волей людей, а обусловлен материальными условиями их жизни, подчиняется закономерностям, проявляющимся в деятельности народных масс. Люди, познав эти закономерности и действуя в соответствии с ними, могут сознательно влиять на ход общественного развития.

Даная философия материалистична по своему характеру и состоит из двух больших разделов — диалектического материализма и исторического материализма (нередко исторический материализм рассматривается как часть диалектического).

Ядром марксистской философии является материалистическая диалектика, выступающая в качестве общей методологии подлинно научного познания общества и природы. Материалистическая диалектика носит революционно-критический характер, каждую ступень развития общества она рассматривает как преходящую.

Главное в ней — учение о противоречии, закон единства и борьбы противоположностей, раскрывающий источник самодвижения и развития явлений и процессов действительности.

В основу диалектического материализма была положена диалектика Гегеля, но на совершенно иных, материалистических (а не идеалистических) принципах. По выражению Энгельса, диалектика Гегеля была поставлена марксистами с «головы на ноги». Можно выделить следующие основные положения диалектического материализма:

* основной вопрос философии решается в пользу бытия (бытие определяет сознание);

* сознание понимается не как самостоятельная сущность, а как свойство материи отражать саму себя;

* материя находится в постоянном движении и развитии;

* Бога нет, Он является идеальным образом, плодом человеческой фантазии для объяснения явлений, непонятных человечеству, и дает человечеству (особенно его невежественной части) утешение и надежду; Бог не оказывает никакого влияния на окружающую действительность;

* материя вечна и бесконечна, периодически принимает новые формы своего существования;

* важным фактором развития является практика — преобразование человеком окружающей действительности и преобразование человеком самого человека;

* развитие происходит по законам диалектики — единства и борьбы противоположностей, перехода количества в качество, отрицания отрицания.

Суть исторического материализма в следующем:

* на каждом этапе общественного развития люди для обеспечения своей жизнедеятельности вступают в особые, объективные, не зависящие от их воли производственные отношения (продажа собственного труда, материальное производство, распределение);

* производственные отношения, уровень производительных сил образуют экономическую систему, которая является базисом для институтов государства и общества, общественных отношений;

* указанные государственные и общественные институты, общественные отношения выступают в качестве надстройки по отношению к экономическому базису;

* базис и надстройка взаимно влияют друг на друга;

* в зависимости от уровня развития производительных сил и производственных отношений, определенного типа базиса и надстройки выделяются общественно-экономические формации — первобытнообщинный строй (низкий уровень производственных сил и производственных отношений, зачатки общества); рабовладельческое общество (экономика основана на рабстве); азиатский

* способ производства — особая общественно-экономическая формация, экономика которой основана на массовом, коллективном, жестко управляемом государством труде свободных людей — земледельцев в долинах крупных рек (Древний Египет, Месопотамия, Китай); феодализм (экономика основана на крупной земельной собственности и труде зависимых крестьян); капитализм (промышленное производство, основанное на труде свободных, но не являющихся собственниками средств производства наемных рабочих); социалистическое (коммунистическое) общество — общество будущего, основанное на свободном труде равных людей при государственной (общественной) собственности на средства производства;

* рост уровня производственных сил приводит к изменению производственных отношений и смене общественно-экономических формаций и общественно-политического строя;

* уровень экономики, материальное производство, производственные отношения определяют судьбу государства и общества, ход истории.

1.Развитие и формирование марксистско-ленинской философии

1.1 Понятие марксистско-ленинской философии, основные положения, средство идеологического контроля

Марксистско-ленинская философия — философское учение, созданное на основе взглядов К. Маркса, Ф. Энгельса и В.И. Ленина, и обретшее законченную форму в СССР в 1930-е годы в Кратком курсе истории ВКП(б). Марксистско-ленинская философия является основой идеологии марксизма-ленинизма — одно из левых, наиболее радикальных течений в марксизме; представляет собой социально-политическое и философское учение о законах борьбы пролетариата за свержение капиталистического строя и построение коммунистического общества. Она стала базовой на протяжении десятилетий в XX веке для социалистических стран, ряд которых развили собственные варианты марксизма-ленинизма (маоизм, чучхе).

В настоящий момент, после распада СССР и социалистического лагеря, марксистско-ленинская философия, лишившись административной поддержки, во многом утратила своё значение, сохраняя его лишь в Китае, КНДР, Вьетнаме, ЛНДР и на Кубе.

Сторонники марксизма-ленинизма утверждают, что он развивает и последовательно проводит материалистический принцип в понимании объективного мира и мышления, дополняя его диалектическим подходом, развивая, по словам В. Ленина, диалектическую логику как «учение не о внешних формах мышления, а о законах развития «всех материальных, природных и духовных вещей», то есть развития всего конкретного содержания мира и познания его, то есть итог, сумма, вывод истории познания мира». По их мнению, марксистско-ленинская философия упраздняет различение между онтологией, логикой и теорией познания.

Критики марксистско-ленинской философии, в том числе марксисты, указывают на догматизм и начётничество, при котором цитаты из трудов «классиков марксизма-ленинизма» становились абсолютными аргументами в любой философской дискуссии. Они отмечают расплывчатость основных понятий диалектики и необоснованность претензий марксистско-ленинской философии на научный статус.

Марксистско-ленинская философия стала средством идеологического контроля в советской науке, который в некоторых случаях приводил к кампаниям репрессий, в ходе которых целые научные направления объявлялись «буржуазными» и «идеалистическими», а их приверженцы подвергались гонениям и репрессиям, вплоть до физического уничтожения. Как отмечает крупнейший специалист по истории российской и советской науки проф. Лорен Грэхэм: «С моей точки зрения, марксизм-ленинизм где-то помог, а где-то стал препятствием для науки. Самый наглядный пример — история с Лысенко. Это тот случай, где марксистско-ленинская идеология помешала. Но в других случаях — и я в своей книге это указывал — марксистско-ленинская философия помогала развитию науки». Примером является сессия ВАСХНИЛ 1948 года, в результате которой генетика в СССР оказалась под запретом до 1952 года и биологическая наука оказалась в застое почти на 20 лет. Любопытно, что в ходе этой дискуссии «идеалистическим» было объявлено понятие о наследственном вещество (то есть материи), а «материалистическим» — содержащий элементы телеологии неоламаркизм Т.Д. Лысенко и неовиталистская теория «живого вещества» Б. Лепешинской.

1.2 Ленинизм и философское наследие

К 20-м годам XX века В.И. Ленин приобрел гигантский авторитет. Народы России видели в В.И. Ленине духовного учителя, носителя новых морально-нравственных ценностей. Запрос на поучение, на указание, «как жить», был столь очевиден и силен, что В.И. Ленин не мог на него не ответить. Исходя из ситуации, в какой находилась страна, и из возможностей начинающего активную жизнь поколения, В.И. Ленин создал чрезвычайно привлекательный образ «смысла жизни». Это жизнь человека практического, борца за освобождение угнетенных, за создание нового порядка жизни и новых отношений между людьми. Историческая задача этих людей — строительство социализма. Во всех сферах жизни общества социалистические преобразования становятся служением долгу, делом жизни. В.И. Ленин говорит о сознательной дисциплине, ответственности, суровой жизненной школе, призывает «учиться коммунизму».

Эту ответственность В.И. Ленин понимает как внутреннюю моральную ответственность человека перед самим собой. Вся огромная сфера практического дела социалистического строительства означает еще и самоизменение людей, их самовоспитание, образовательный и духовный рост, развитие. По Ленину, начало создания нового типа общества означает, что заканчивается господство той формы прогресса, когда отдельный человек является только материалом или жертвой ради общего развития. Всю сферу практической деятельности и, соответственно, самоизменения людей в ходе этой деятельности В.И. Ленин называет словом «культурничество». У В.И. Ленина четко выражена мысль о том, что внутренняя суть всего, что является движением к новому типу общественного устройства, сводится к введению культуры во все сферы социальной действительности. Окультуривание производства промышленного, сельскохозяйственного, общественных учреждений и институтов, отношений между людьми (включая такой древний тип отношений, как семейные) — это и есть создание нового типа общества, нового миропорядка.

Соответственно сам отдельный человек — деятель, практик, состоящий на службе народа, осуществляющий «окультуривание» действительности — также, по Ленину, призван к собственному саморазвитию, обогащению личностного мира достижениями мировой культуры. Отсюда вытекают знаменитые призывы В.И. Ленина к молодежи: учиться коммунизму — значит осваивать достижения всей предшествующей цивилизации.

Освоение личностной культуры, которое должно стать нормой для новых поколений «молодых коммунистов», начинается с овладения «простыми началами нравственности», общечеловеческими морально-нравственными установками. Эти простые начала — не только совокупность моральных нормативов, а еще и нуждающаяся в тренировке практика культурного общежития, отношений между людьми. Моральное поведение в практических сферах — это показатель уровня цивилизованности и человека, и сферы деятельности. Особый спрос здесь с коммунистов.

Значение моральных отношений между людьми, по Ленину, должно неизмеримо вырасти по мере приближения к коммунистическому общественному строю. Движение по этому пути предполагает и моральное совершенствование, воспитание новых людей и новых моральных отношений. В.И. Ленин не считал это легким делом; напротив, он признавал, что между «первой» и «второй» фазами коммунистического общества должно быть «громадное различие». Пока же, на уровне начала построения социалистической, «низшей» фазы коммунизма, В.И. Ленин огромное внимание придавал устранению наиболее вопиющих видов принижения человека человеком, допустимых старой, некоммунистической моралью. Множество высказываний В.И. Ленина о необходимости уничтожить не только формальное, но и реальное принижение женщины в обществе, о недопустимости любых остатков национального неравенства указывают на первые необходимые шаги в этом направлении.

Философское наследие В.И. Ленина — гигантское духовное и теоретическое богатство. Оно оказало огромное влияние на последующее развитие марксистско-ленинской философской мысли как в нашей стране, так и за рубежом. Однако исторические судьбы ленинского философского наследия оказались сложными, а подчас и драматическими. В период культа личности Сталина в стране, да и в другие трудные времена идеологическое оправдание порочной экономической, политической, социальной практики постоянно осуществлялось в рамках декларируемого предельного уважения к «букве» ленинского наследия, к «заветам Ильича». Однако в действительности идеи В.И. Ленина при этом искажались, общий духовный облик мыслителя предельно упрощался. Восстановление исторической истины и научного отношения к ленинскому теоретическому наследию — задача, полное решение которой еще предстоит советским ученым.

2.Марксистско-ленинская философия в послеленинский период

2.1 Основные факторы и принципы развития

В трудах В.И. Ленина, в частности в «Философских тетрадях» и в послеоктябрьских работах, были намечены многие принципиальные ориентиры для дальнейшего развития философии марксизма. Однако идейная атмосфера, утвердившаяся в стране по мере укрепления единовластия Сталина, явилась серьезным препятствием для творческого развития марксизма. Все резче обозначались тенденции его искажения, вульгаризации и опошления. Все более узкими становились, возможности для проявления самостоятельности и оригинальности философского мышления, поскольку творческие дискуссии, и жизненно необходимые для развития философии, вырождались в изобличение действительных, а чаще мнимых отступлений от марксизма, в наклеивание политических ярлыков, а затем в прямое доносительство.

Постепенно отходили на задний план такие яркие и самобытные мыслители-марксисты, как Н.И. Бухарин иди Д.В. Луначарский. В своих исканиях, в том числе философских, они отнюдь не всегда были правы, на что приводилось указывать еще В.И. Ленину, однако во многом благодаря им какое-то время в стране еще поддерживался достаточно высокий уровень марксистской философской культуры. В то же время в философии, как и в других сферах духовной жизни общества, нарастали антиинтеллектуалистские тенденции, во многом родственные Пролеткульту, с которым боролся В.И. Ленин. Если Ленин считал необходимым для построения Нового общества усвоение всех богатств культуры предшествующих эпох, то сторонники этих тенденций стремились противопоставить и даже оторвать рождавшуюся культуру от всей Прошлой культуры. Более того, сама философия начинает рассматриваться не как область культуры, а как всего лишь форм выражения классовых или групповых интересов, в ней видят не более чем воплощение идеологических установок класса, сословия, группы. Такой вульгарно-социологический подход к философии низводил ее до уровня идеологического средства, с помощью которого в массовое сознание можно было легко внедрять простейшие шаблоны и клише, заменяя ими самостоятельный поиск ответов на реальные проблемы жизни.

Другой стороной того же процесса «организованного упрощения» (термин одного из идеологов Пролеткульта) всей культуры, в том числе и философии, стало последовательное сведение не на диалоги философов-марксистов с представителями других философских направлений. Так, в 1923 году была выслана из страны целая группа видных представителей идеалистической и религиозной философии, таких, как Н.А. Бердяев, Н.О. Лосский, С.Л. Франк, С.Н. Булгаков и др.

Наряду с этим все более ограничивались возможности для выражения стихийно-материалистических философских воззрений естествоиспытателей — воззрении, имевших в России богатую традицию и нередко отличавшихся Глубиной и оригинальностью. Тем самым нарушалась и извращалась одна из принципиальных ленинских установок, выраженных в работе «О значении воинствующего материализма» (1922) — ориентация на установление и упрочение союза философов-материалистов-диалектиков и естествоиспытателей. Вместо этого союза утверждался грубый, часто невежественный диктат, против чего специально предостерегал В.И. Ленин, в том числе и в названной статье.

Немалую роль в упрощении философской культуры и в снижении уровня требовательности сыграло и то, что в сферу философии и других гуманитарных наук пришли недостаточно образованные, а порой и просто малограмотные люди, вместе с энтузиазмом привнесшие в духовную жизнь крайнюю нетерпимость, склонность к революционной фразе и идеологию гиперкритицизма в отношении того, что создано предшествующей культурой.

2.2 Перестройка философии в свете нового мышления

Необходимость обновления нашей философии, известного осмысления ее социального предназначения обусловлена сущностью перелома в развитии социалистического общества, обозначенного апрельским (1985 года) Пленумом ЦК КПСС и ХХVII съездом партии. Это обновление в первую очередь означает возрождение творческого импульса и научного потенциала, заложенного в марксизме, развитие его исходных установок, переосмысление их с учетом тенденций и особенностей современного этапа исторического развития цивилизации. Концепция нового мышления, если рассматривать ее философско-мировоззренческие основания, как раз и выступает как реализация в современных условиях этого потенциала марксистского учения. Сегодня перестройка столь же необходима философу и философия — перестройке. Но это должна быть смелая, новаторская философия, способная раскрывать реальные противоречия общественной жизни, тенденции и перспективы развития мировой цивилизации и вместе с тем обращенная к человеку, его потребностям и устремлениям. В чем же смысл перестройки в философии? Исходный ее — анализ острейших мировоззренческих проблем, порождаемых современным развитием социализма и цивилизации в целом, разработка такой концепции социализма, которая выступает как программа гуманизации всех сфер общественной жизни, и в том числе научно-технического развития, которая ставит во главу угла интересы человека, его саморазвития и самореализации. От человека — «винтика», встроенного в отчужденную от него и господствующую над ним машину производственного процесса и общественных отношений, к человеку-творцу, свободно реализующему свои способности и в сфере труда, и в сфере отношений между людьми, — таков вектор обновления социализма. Другой вектор его обновления и развития задан необходимостью самоопределения социализма в современном мире. По целому ряду параметров социалистическому обществу еще предстоит выйти на подобающее ему место в мировой цивилизации. И этого можно достичь лишь в той мере, в какой в реальной жизни удастся раскрыть гуманистический потенциал социализма. Поскольку сегодня на состоянии внутренних проблем нашего общества так или иначе сказываются проблемы общепланетарного, глобального масштаба, вряд ли можно будет добиться его социального обновления, не принимая во внимание новейшие тенденции развития современной цивилизации. Речь идет об интеграции экономического потенциала разных стран и регионов, сопровождающейся столкновением различных культурных традиций и мировоззренческих установок, об изменении системы человеческих отношений и средств коммуникации между людьми, преобразовании предметной среды, в которой живет человек. По сути дела, на наших глазах создается новый мир. Все эти процессы создания нового мира носят противоречивый, неоднозначный характер. Они порождают серьезные и сложные проблемы, которые связаны с самим бытием человечества. Это, прежде всего, проблема выживания человечества в условиях ядерной угрозы, ядерного противостояния. Это — не менее острая проблема самосохранения человечества и сохранения жизни перед лицом экологического кризиса. Это, наконец, проблема сохранения и развития самого ценного достояния истории — человеческой личности. Для философской разработки новой концепции социализма принципиальное значение имеет идея приоритета общечеловеческих ценностей. Идея эта, конечно, не сводится лишь к тем задачам, которые связаны с выживанием человека и человечества, как ни важны они сами по себе. Неправильно было бы понимать эту идею и в смысле нивелирования, усреднения, сглаживания перед лицом общечеловеческих ценностей реального многообразия всех иных ценностей, на которые ориентируются люди в современном мире. Главный смысл этой идеи — реализация общечеловеческого содержания, которое так или иначе заключено в любой существующей системе ценностей. Естественно, общественная жизнь не может не быть ареной столкновения, состязания различных систем ценностей. Важно, однако, чтобы оно велось в формах, достойных цивилизованного человечества; важно, чтобы иное, непохожее не вызывало предубеждения как враждебное и подлежащее искоренению. Более того, признание приоритета общечеловеческих ценностей предполагает и взаимообогащение различных систем ценностей при сохранении самобытности каждой из них. Это особенно существенно при философском осмыслении социализма, появление которого — закономерный результат предшествующего исторического развития человечества. Социализм выступает на мировой арене как наследник достижений мировой культуры и цивилизации. Творческое восприятие и развитие достижений мировой культуры и цивилизации актуальны и сегодня. Ведь с появлением социализма развитие остального мира отнюдь не остановилось, как это было принято считать еще совсем недавно. И при обновлении социализма нельзя игнорировать все завоевания человечества в области развития и организации производительных сил, науки и техники, экологии и культуры, имеющие общечеловеческую значимость. Таким образом, перестройка в философии предполагает углубление социальной философии марксизма в единстве с разработкой современной марксистской концепции человека, изучение многообразных тенденций мирового развития, особенностей различных обществ, наконец, выявление возможных альтернативных путей в будущее и проблем, с которыми может столкнуться человечество на каждом из этих путей. Следовательно, развитие социальной философии предполагает и более глубокий уровень разработки материалистической диалектики. По-новому встает ключевая для диалектики проблема развития. И современное естествознание, и общественная жизнь показывают, насколько важно учитывать наличие множества потенциально возможных направлений развития, существования альтернативных вариантов и тупиков, застойных ветвей в развитии сложных системных объектов. Основательного переосмысления требует и классическая философская проблема единства и многообразия, и в первую очередь многообразия как условия и предпосылки развития. Такой анализ позволит представить социальный прогресс процессом отнюдь не унификации, а таким, в котором многообразие выступает в качестве условия саморазвития социальной системы. Так, казалось бы, абстрактная философская тема о соотношении единства и многообразия оказывается органически связанной с перспективами развития национальных отношений, с пониманием соотношения классового и общечеловеческого, с разработкой политических, правовых и нравственных аспектов нового мышления. На новый уровень должна выйти философия и в постановке проблемы противоречия. Сейчас становится все более очевидным, что трактовка, предполагающая в качестве единственного пути разрешения противоречий уничтожение одной из его сторон, не может быть в современных условиях не только главной, но и верной. Особого внимания заслуживает тип социальных противоречий, не просто основанных на взаимодействии двух полюсов, двух противоположностей, а таких, в которых каждая из противоположностей претерпевает существенные изменения, не уничтожая при этом другую. Наконец, более глубокого понимания требует и вся теория диалектики в целом. Со времен Сталина каноническим стало одностороннее толкование ее как теории вещно-предметного мира, мира объектов. В этом же ключе истолковывалось и все то, что относится к человеку: и социальные отношения, и люди, массы, классы, общества понимались как объекты, которым можно навязывать те или иные преобразования, предрешая за них, в чем заключается их благо. В итоге человек выступал только как материал для внешних воздействий. При таком подходе специфика человека как субъекта, его творчества, межчеловеческого общения может быть выражена лишь в весьма ограниченной мере. Категории же, описывающие субъективное бытие человека (категории свободы, чести, совести, достоинства, долга и др.), лишаются статуса основополагающих, оттесняются на периферию диалектики как нечто производное и второстепенное. А между тем в классическом марксизме субъективной стороне человеческого бытия, отношениям субъекта к другому субъекту уделялось первостепенное внимание — даже отношение к объекту понималось как опосредствованное объектом отношение, направленное в конечном счете на другого субъекта. Категории, описывающие субъективную сторону человеческого бытия, не могут быть сведены ни к категориям, с помощью которых описывается мир объектов, ни к таким категориям, как классы и нации, производительные силы и производственные отношения, базис и надстройка, с помощью которых описываются структура и развитие общества. И если процессы социальной жизни рассматриваются безотносительно к этим понятиям и категориям, выражающим мир личности, человеческую субъективность, то теряется основа для выявления гуманистического (или антигуманного) содержания этих процессов, для их оценки с точки зрения человека и человечества. Именно здесь кроются истоки отчуждения философии от нужд и потребностей человека. Итак, перед философией эпохи перестройки встает сложная и ответственная задача — раскрыть в полном объеме саму материалистическую диалектику, в рамках которой достойное место должна занять человеческая субъективность — эта важнейшая сфера бытия. Перестройка с ее пафосом гуманизации всех сторон жизни общества, гуманистического обновления социализма не только создает предпосылки для того, чтобы увидеть, поставить, зафиксировать эту проблему, но и требует ее разработки. И здесь открывается новый, пока еще почти не разработанный пласт философских исследований, направленных на конструктивную критику существующей социальной реальности и на выработку идеалов и путей ее гуманистического обновления. Поэтому проблемы человека и гуманизма вновь выходят на первый план философских исследований. Стоит задача комплексного изучения человека во взаимосвязи социальных и природно-биологических сторон его бытия, нравственно-философских оснований его жизнедеятельности в современном мире.

Выводы

Итак, под марксистско-ленинской философией понимают философское учение, развившее и последовательно проводящее материалистический принцип в понимании объективного мира и мышления, дополнив его диалектическим воззрением. Построившее, по словам В. Ленина, диалектическую логику как «учение не о внешних формах мышления, а о законах развития«всех материальных, природных и духовных вещей», то есть развития всего конкретного содержания мира и познания его, то есть итог, сумма, вывод истории познания мира».

Для философских теорий того времени были присущи антифилософские тенденции. Они особенно характерны для неопозитивизма, который объявляет проблемы философии псевдопроблемами, пытается заменить философский анализ развития современных знаний и практики анализом «языка науки», то есть лингвистически-семантическим анализом «внешних форм мышления» — языка, знаковых систем выражения мысли и т.д. Тем самым философия, по существу, ликвидируется как наука.

Марксистко-ленинская философия же, рассматривая логические формы и закономерности как осознанные и проверенные всей человеческой практикой формы и законы развития природных и общественно-исторических процессов, упразднила различение между онтологией, логикой и теорией познания. Совпадение диалектики, логики и теории познания — основной принцип философии, диалектического материализма.

Тем самым философская теория марксизма представляет собой конкретно-развернутое, проведенное через все детали диалектико-материалистическое решение основного вопроса философии.

Я думаю, что целостность, многосторонняя взаимообоснованность «составных частей», универсальность марксизма во многом объясняют широту распространения и влияния этого учения в быстро меняющемся мире XIX-XX веков.

Известно, что данная философия послужила для построения идеологии, ставшей базовой на протяжении десятилетий в XX веке для некоторых т. н. социалистических стран. На настоящий момент, после распада СССР и социалистического лагеря, марксистско-ленинская философия утратила свое мировое значение.

Она имела достаточно неоднозначную и нелегкую историю становления, каждый период развития этой философии содержит в себе отличительные черты развития. Как и все, она была не идеальной, но эта философия имела ряд мыслей которым есть место в этом мире.

Список использованной литературы

1. Введение в философию: Учебник для вузов. В 2 ч. Ч. 1/ Под общ. ред. И.Т. Фролова. — М.: Политиздат, 1990. — 367 с.

2. Электронный ресурс:

3. Электронный ресурс:

4. В.И. Ленин Полное собрание сочинений/ т. 29 — с. 84

Размещено на Allbest.ru

…

Подобные документы

Основания для классификации философского знания. Особенности формирования философии Средневековья, эпохи Возрождения и Нового времени. Понятия классической немецкой и восточнославянской философии. Марксистско-ленинская и неклассическая философия.

курсовая работа , добавлен 21.01.2011

Первоначальное понятие термина «философия». Проявление специфики философии в её функциях. Философия Сократа. Диалектика — всеобщая связь и развитие мира, а также природы, общества, мышления. Характерные черты античной философии. Античные философы.

шпаргалка , добавлен 06.02.2009

Становление советской философии. Дестанилизация в философии, формирование многообразие школ, направлений. Роль журнала «Вопросы философии» в развитии философии. Философия в постсоветский период. Советская философия как самоосознающая система идей, теорий.

реферат , добавлен 13.05.2011

Источники развития тождества и противоречия. Развитие и структура систем. Утверждение и отрицание, преемственность и поступательность развития. Действие закона отрицания в марксистско-ленинской философии. Содержании гегелевской концепции развития.

реферат , добавлен 14.10.2010

Основные направления и школы древнеиндийской философии. Идея непостоянства элементов или «теория зависимого происхождения». Положение буддийской доктрины. Школы и направления древнекитайской философии. Противоречия между школами Восточной философии.

курсовая работа , добавлен 17.11.2011

Возникновение русской философии как самостоятельного направления. Предфилософия и философия как самостоятельные периоды в истории русской философии. Проблема духовного наследия в русской философии, ее антропоцентризм и социальная направленность.

реферат , добавлен 28.11.2010

Проблемы современной гносеологии. Триада основных законов диалектики, требования к системе онтологических философских законов. Виды логики, ее содержание. Вскрытие исторических корней понятий как философской категории. Идеал добра или категория этики.

контрольная работа , добавлен 01.03.2011

Основные понятия древнекитайской, древнегреческой, средневековой философии. Главная мысль и основные черты философии. Граница между разумом и верой. Философия французского просвещения. Основные понятия философии и религии. Философы Нового Времени.

шпаргалка , добавлен 13.07.2008

Возникновение Философии на основе религии и религиозная картина мира. Воздействие на формирование буддизма идеи бесконечного кругового потока бытия. Сущность марксистско-ленинского «критерия практики». Значение веры в жизни современного человека.

контрольная работа , добавлен 29.03.2009

Социальные и научные предпосылки философии Нового времени. Субъективный идеализм Джорджа Беркли. Эмпиризм, иррационализм как главные направления философии Нового времени. Принципы человеческого знания. Критика схоластики и формирование новой философии.

Марксистско-ленинская теория

Что же все-таки думает советский человек? Является ли официально исповедуемый марксизм-ленинизм его действи­тельной идеологией? Или же это только идеология партийно-государственной иерархии? Или же, наконец, и сама иерархия не верит в то, что проповедуется в миллионах печатных изда­ний и вещается по радио чуть ли не на всех языках мира?

Марксизм-ленинизм именуется у нас передовой и единствен­но научной теорией общественного развития. Каков бы ни был ответ на поставленные выше вопросы, одно можно сказать сразу же: теорией как средством предвидения и планирования марксизм-ленинизм заведомо не является, и никто так к нему не относится, в том числе и партийные иерархи: не настолько они наивны.

Один мой знакомый, работавший в государственном аппа­рате на среднем уровне иерархии, рассказал такую историю. Он получил повышение в должности и вместе с повышением — новый кабинет. Кабинет был отремонтирован, стены заново выкрашены, и, как полагается, надо было украсить их порт­ретами вождей. Мой знакомый зашел на склад — и первое, что ему попалось на глаза, был портрет Маркса; он велел пове­сить его у себя в кабинете. На следующий день к нему зашел его начальник ~ человек, принадлежащий уже к весьма высо­кому уровню иерархии. Увидев портрет Маркса, он скривился:

Фу! Зачем ты этого еврея повесил? Ты бы сказал мне, я бы тебе Ленина дал.

Интересно в этой истории не то, что начальник настроен антисемитски (это-то само собой), а то, что здесь явственно проглядывает пренебрежение к учению, созданному «этим евреем». Советский иерарх — это прежде всего реалист, и как реалист он прекрасно знает, что практическая политика партии ни в какой связи с теорией Маркса не состоит. И его отношение к портретам определяется факторами чисто человеческими: Маркс — еврей, чужой; Ленин — наш, свой, основатель государства.

Любопытно, что иностранные наблюдатели, даже очень хорошо знакомые с жизнью в Советском Союзе, склонны переоценивать роль теоретических принципов или догм в определении конкретных, практических шагов советских руководителей. Недавно я прочитал одну статью Роберта Конквиста , автора книги «Великий террор» — одного из первых фундаментальных исследований сталинской эпохи. В целом это очень интересная статья, содержащая совершенно правильный, с моей точки зрения, анализ взаимоотношений Советского Союза с Западом. Но его оценка роли теории мне представляется завышенной. Р. Конквист пишет:

«Никто, я полагаю, не думает, что Брежнев декламирует «Тезисы о Фейербахе» каждый вечер перед тем, как отойти ко сну. Но все-таки «марксистско-ленинская» вера — это единственное основание для него и для его режима, и не просто вера в частную политическую теорию, но вера в трансцендентальную, всепоглощающую важность этой политической теории. Как заметил Джордж Кэннан: «Дело не столько в конкретном содержании идеологии… сколько в абсолютном значении, связываемом с нею». С этим нельзя не согласиться. Однако дальше мы читаем:

«Но мы можем, в действительности, документально засвидетельствовать — и без большого труда — привязанность советского руководства к конкретным догмам. Вторжение в Чехословакию было ярким проявлением доктринальной дисциплины. Другим поразительным примером является экстраординарный и явно в течение долгого времени обдумывавшийся совет, данный сирийским коммунистам в 1972 году и просочившийся через националистически настроенных членов мест­ного руководства. Было две отдельных серии совещаний с советскими политиками и теоретиками соответственно. И даже первая из этих групп, двое членов которой были идентифици­рованы как Суслов и Пономарев, сформулировала в чрезвы­чайно схоластических терминах вывод, что в соответствии с принципами марксизма нельзя признать существование «араб­ской нации». Или, если взять более важный вопрос, советская сельскохозяйственная система основывается исключительно на догме и является вследствие этого чрезвычайно неэффектив­ной».

С этим я уж никак не могу согласиться. Я охотно верю, что ответ сирийцам по поводу «арабской нации» долго обду­мывался и обсуждался. Но обсуждение шло, несомненно, в чи­сто политическом плане: отвечает ли интеграция арабов в дан­ный момент интересам Советского Союза. Пришли, очевидно, к выводу, что не отвечает. А затем поручили каким-то работ­никам аппарата сформулировать этот вывод в «чрезвычайно схоластических терминах», подобрать необходимые цитаты и т. д. В Чехословакии советские руководители стремились из­бежать заразительного примера — опять-таки с политической точки зрения. А колхозная система была создана Сталиным для решения весьма практической задачи: централизованного управления и выжимания соков из крестьянства. И система эта в своем социальном аспекте не новая: это то, что совет­ские марксисты называют «азиатским способом производства».

Марксизм-ленинизм преподается во всех без исключения институтах, и отношение студентов к этой премудрости весь­ма показательно. Все знают, что не следует пытаться понятьее, а надо только произносить те слова, которые велено произ­носить. Иногда случается, что какой-нибудь добросовестный новичок пытается отнестись к этой науке всерьез как к науке. Он обнаруживает в ней внутренние противоречия и противо­речия с действительностью и начинает задавать преподавате­лям вопросы, на которые те отвечают путано и невразумитель­но, а иногда и вовсе не отвечают. Для однокурсников это слу­жит развлечением на фоне скучных занятий по «общественным наукам». Однако развлечение обычно скоро кончается, так как «любопытный слоненок» обнаруживает, что его любозна­тельность отнюдь не способствует получению хороших отметок. Напротив, за ним устанавливается репутация идейно незрелого, что может иметь весьма неприятные последствия. А чаще всего находится доброжелатель, который — жертвуя развлечением — объясняет товарищу, как надо относиться к марксистской теории…

Из книги Философия науки и техники автора Стёпин Вячеслав Семенович

Глава 12.Физическая теория и техническая теория. генезис классических технических

Из книги Антология философии Средних веков и эпохи Возрождения автора Перевезенцев Сергей Вячеславович

МЕТАФИЗИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ БЫТИЯ И ТЕОРИЯ ПОЗНАНИЯ…Первичная сущность по необходимости должна быть всецело актуальной и не допускать в себе ничего потенциального. Правда, когда один и тот же предмет переходит из потенциального состояния в актуальное, по времени потенция

Из книги Социальная психология и история автора Поршнев Борис Фёдорович

Из книги Диалектическая логика. Очерки истории и теории автора Ильенков Эвальд Васильевич

Из книги Нерешенные проблемы теории эволюции автора Красилов Валентин Абрамович

Часть Вторая. НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ МАРКСИСТСКО-ЛЕНИНСКОЙ ТЕОРИИ ДИАЛЕКТИКИ.

Из книги Введение в философию автора Фролов Иван

Из книги Обоснование интуитивизма [ёфицировано] автора Лосский Николай Онуфриевич

3. Марксистско-ленинская философияПолемика между «механистами» и «диалектиками»Сразу же после смерти Ленина советские философы оказались втянутыми в дискуссию, расколовшую лагерь марксистов на две непримиримые группы. В группу «механистов», которую возглавляли Л. И.

Из книги Далекое будущее Вселенной [Эсхатология в космической перспективе] автора Эллис Джордж

I. Теория интуитивизма (теория непосредственного усмотрения связи основания и следствия)Суждение есть акт дифференциации объекта путём сравнения. В результате этого акта, при успешном выполнении его, мы имеем предикат P, т. е. дифференцированную сторону

Из книги Краткий очерк истории философии автора Иовчук М Т

17.5.2.3. Текучее время в физике: специальная теория относительности, общая теория относительности, квантовая механика и термодинамикаБеглый обзор четырех областей современной физики: специальной теории относительности (СТО), общей теории относительности (ОТО), квантовой

Из книги Владимир Ильич Ленин: гений русского прорыва человечества к социализму автора Субетто Александр Иванович

Раздел второйИстория марксистско-ленинской философии и ее борьбы с буржуазной

Из книги 1. Объективная диалектика. автора

5.5. Ленинская тактика подготовки вооруженного восстания. Сталин о ЛенинеРеволюция развивалась. На смену «Новой жизни» (в которой было напечатано 13 статей Ленина и закрытой царским правительством 2 декабря 1905 года) с весны 1906 года стала снова издаваться партийная газета

Из книги Объективная диалектика автора Константинов Федор Васильевич

Из книги История марксистской диалектики (Ленинский этап) автора

1. Ленинская концепция материиФилософский материализм использует понятие материи в качестве опорного пункта, на котором зиждется вся создаваемая им система представлений о мире. Содержание этого понятия в той или иной разновидности материалистической философии

Из книги Диалектический материализм автора Александров Георгий Фёдорович

1. Историческая обстановка переходного периода и ленинская методология ее познанияПобеда Октябрьской революции вызвала к жизни новую эпоху – переход от капитализма к социализму, имеющую свои особенности и характерные черты. Это означало формирование такой

Из книги Диалектическая логика. Очерки истории и теории. автора Ильенков Эвальд Васильевич

2. МАРКСИСТСКО-ЛЕНИНСКОЕ ПОНИМАНИЕ МАТЕРИИОПРЕДЕЛЕНИЕ МАТЕРИИ. Марксистский философский материализм учит, что материя — это объективная реальность, существующая вне и независимо от сознания людей. Материя, пишет К. Маркс, «является субъектом всех изменений» . Слово

Из книги автора

Часть вторая. Некоторые вопросы марксистско-ленинской теории

Всесторонний анализ нового этапа мировой истории позволил Ленину определить огромные возможности революционного движения в эпоху империализма. Опираясь на свои исследования по империализму, Владимир Ильич развивает дальше марксистское учение о социалистической революции, ее содержании, движущих силах, условиях и формах развития в новую историческую эпоху. Он доказал, что война ускорила нарастание предпосылок революции и мировая капиталистическая система в целом уже созрела для перехода к социализму.

Как известно, Энгельс в работе «Принципы коммунизма» (1847) дал отрицательный ответ на вопрос о возможности осуществления социалистической революции в одной стране. Исходя из того, что мировой рынок, крупная промышленность уравняли «общественное развитие во всех цивилизованных странах», Энгельс сделал вывод: «…Коммунистическая революция… произойдет одновременно во всех цивилизованных странах, т. е., по крайней мере, в Англии, Америке, Франции и Германии». Впоследствии Маркс и Энгельс, анализируя объективные и субъективные предпосылки пролетарской революции в различных капиталистических странах, степень зрелости капиталистической системы в целом для перехода к социализму, конкретизировали и уточняли свои взгляды на перспективы и ход социалистической революции. Однако вопроса о возможности победы социализма в одной стране Маркс и Энгельс не ставили и не могли ставить в условиях домонополистического капитализм…

Beликая заслуга Ленина состоит в том, что он, творчески развивая учение Маркса и Энгельса в новых исторических условиях, в эпоху империализма и пролетарских революции пришел к важнейшему выводу — о возможности победы социализма первоначально в немногих странах, или даже в одной стране, причем не обязательно в стране высокоразвитой в экономическом отношении. Этот вывод Ленин сделал на основе открытого им закона неравномерности экономического и политического развития капитализма в эпоху империализма, неизбежно ведущего к разновременности вызревания социалистических революций в различных странах. Свой вывод Ленин впервые сформулировал в статье «О лозунге Соединенных Штатов Европы», написанной в августе 1915 года.

«Неравномерность экономического и политического развития, — писал он в этой статье, — есть безусловный закон капитализма. Отсюда следует, что возможна победа социализма первоначально в немногих или даже в одной, отдельно взятой, капиталистической стране. Победивший пролетариат этой страны, экспроприировав капиталистов и организовав у себя социалистическое производство, встал бы против остального, капиталистического мира, привлекая к себе угнетенные классы других стран» 1 .

Из этих положений Ленина вытекает, что он уже в 1915 году ясно представлял грядущий раскол мира на две противоположные системы: социализм и капитализм в результате победы социалистической революции первоначально в одной или нескольких странах.

В другой статье «Военная программа пролетарской революции», написанной в сентябре 1916 года, Владимир Ильич развивает и глубоко обосновывает свой вывод о перспективах социалистической революции в эпоху империализма и условиях ее победы.

«Развитие капитализма совершается в высшей степени неравномерно в различных странах. Иначе и не может быть при товарном производстве. Отсюда непреложный вывод: социализм не может победить одновременно во всех странах. Он победил первоначально в одной или нескольких странах, а остальные в течение некоторого времени останутся буржуазными или добуржуазными». 2

В. И. Ленин указывал при этом, что победивший пролетариат должен быть готовым к отражению военных нападений мирового империализма на социалистическое государство. «В этих случаях, — писал он, — война с нашей стороны была бы законной и справедливой».

Учение Ленина о возможности победы социализма первоначально в одной стране или нескольких странах, представляющее собой образец творческого развития революционного марксизма, явилось величайшим открытием в марксистской науке.

В. И. Ленин разоблачил антимарксистскую сущность взглядов Троцкого, отрицавшего возможность победы социалистической революции первоначально в одной стране. Ленин подверг также критике Пятакова, который определял социалистическую революцию как «объединенное действие пролетариев всех стран».

Ленинское учение о возможности победы социализма первоначально в одной стране или нескольких странах явилось путеводной звездой для рабочего класса в его борьбе за диктатуру пролетариата и социализм. Оно открывало рабочему классу и марксистским партиям каждой страны возможность проявления инициативы в революционном низвержении буржуазии в своих странах.

В произведениях «Поражение России и революционный кризис», «Несколько тезисов», «О двух линиях революции» и других Владимир Ильич развивает сформулированную им ранее идею о перерастании буржуазно-демократической резолюции в социалистическую, указывает на актуальность и новые конкретно-исторические условия ее осуществления. «Довести до конца буржуазную революцию в России, чтобы разжечь пролетарскую революцию на Западе, — так ставилась задача пролетариата в 1905 году. В 1915 вторая половина этой задачи стала настолько насущной, что она на очередь становится одновременно с первой. Возникло новое политическое деление в России на почве новых, более высоких, более развитых, более переплетенных международных отношений». 3

«Империалистская война, — писал далее Ленин, — связала революционный кризис в России, кризис на почве буржуазно-демократической революции, с растущим кризисом пролетарской, социалистической революции на Западе. Эта связь настолько непосредственна, что никакое отдельное решение революционных задач в той или иной стране невозможно: буржуазно-демократическая революция в России теперь уже не только пролог, а неразрывная составная часть социалистической революции на Западе» 4 .

Основной задачей ближайшего этапа революции в России является борьба за установление революционно-демократической диктатуры пролетариата и крестьянства и использование ее для перехода к социалистической революции.

Выясняя соотношение классовых сил в предстоящей революции, Владимир Ильич в статье «О двух линиях в революции») вскрывает порочность теории перманентной революции Троцкого, отрицавшего революционную роль крестьянства на том основании, что крестьянство-де расслоилось и его возможная революционная роль после 1905 года все время убывала. Разумеется, отмечал Ленин, расслоение крестьянства усилило классовую борьбу внутри него, приблизило сельский пролетариат к городскому. Но возрос, усилился и обострился и антагонизм между крестьянством и помещиками. «Это такая очевидная истина, что даже тысячи фраз в десятках парижских статей Троцкого не «опровергнут» ее. Троцкий на деле помогает либеральным рабочим политикам России, которые под «отрицанием» роли крестьянства понимают нежелание поднимать крестьян на революцию!» 5

В годы империалистической войны Ленин продолжал разрабатывать учение о революционной ситуации, имеющее огромное значение для практической деятельности марксистских партий. Для того чтобы произошла народная революция, недостаточно желания какой-либо партии. Народные массы поднимаются на борьбу под влиянием глубоких причин, порождаемых объективными условиями их жизни. Сам капитализм создает условия, вызывающие неизбежность революционных выступлений масс, и в ходе своего развития побуждает их к борьбе. Ленин указывал, что революцию нельзя «сделать», она вырастает из объективно назревших кризисов, называемых революционными ситуациями.

«Для марксиста не подлежит сомнению, что революция невозможна без революционной ситуации, причем не всякая революционная ситуация приводит к революции. Каковы, вообще говоря, признаки революционной ситуации? Мы наверное не ошибемся, если укажем следующие три главные

признака: 1) Невозможность для господствующих классов сохранить в неизмененном виде свое господство; тот или иной кризис «верхов», кризис политики господствующего класса, создающий трещину, в которую прорывается недовольство и возмущение угнетенных классов. Для наступления революции обычно бывает недостаточно, чтобы «низы не хотели», а требуется еще, чтобы «верхи не могли» жить по-старому. 2) Обострение, выше обычного, нужды и бедствий угнетенных классов. 3) Значительное повышение, в силу указанных причин, активности масс, в «мирную» эпоху дающих себя грабить спокойно, а в бурные времена привлекаемых, как всей обстановкой кризиса, так и самими «верхами», к самостоятельному историческому выступлению.

Без этих объективных изменений, независимых от воли не только отдельных групп и партий, но и отдельных классов, революция — по общему правилу — невозможна. Совокупность этих объективных перемен и называется революционной ситуацией». 6

Для того чтобы революционная ситуация превратилась в революцию, необходимо, указывал далее Ленин, чтобы к перечисленным выше объективным факторам присоединился субъективный: способность и готовность революционного класса на массовые революционные выступления, достаточно сильные, чтобы свергнуть старую власть и установить свою власть. Ленин считал, что сочетание, совпадение объективных и субъективных предпосылок революции определяется конкретными историческими условиями данной страны и что революция не может быть принесена в ту или иную страну «извне».

Основную обязанность марксистов в годы империалистической войны Ленин видел в том, чтобы вскрывать перед массами наличие революционной ситуации, будить классовое сознание и боевую решимость пролетариата, помогать ему переходить к активным революционным действиям и создавать соответствующие организации. Долг марксистской партии — всячески помогать развитию революционных движений, уже начинающихся на почве возникшей революционной ситуации, крепить союз рабочего класса, как гегемона революции, с самыми широкими массами трудящихся, и, прежде всего, с основным его союзником — крестьянством. Руководство революционной борьбой рабочего класса со стороны его марксистской партии Ленин считал решающим условием победы социалистической революции.

Социалистическую революцию в той или иной стране Ленин всегда рассматривал как составную часть мировой социалистической революции. Исходя из этого, он считал святой обязанностью всех марксистских партий и групп укреплять единство и сплоченность мирового революционного социалистического движения, руководствоваться всегда и везде великим принципом пролетарского интернационализма.

Таковы важнейшие положения ленинской теории социалистической революции. На основе этой теории и тактики Ленин, большевики развертывали всю свою деятельность в России и сплачивали левых на Западе.

Примечание:

1 В. И. Ленин. Соч., т. 26, стр. 354.

2 В. И. Ленин. Соч., т. 30, стр. 133.

3 В. И. Ленин. Соч., т. 27, стр. 27.

4 В. И. Ленин. Соч., т. 27, стр. 27.

5 Там же, стр. 81.

6 В. И. Ленин. Соч., т. 26, стр. 218 — 219.

— 16.02 Кб

Марксистско-ленинскаятеория права.

Материалистическая теория правапредставлена в работах основоположниковмарксизма-ленинизма и их последователей.В основе материалистической теории лежиттезис о том, что право есть выражениеи закрепление воли экономически господствующегокласса. Как и государство, оно являетсяпродуктом классового общества. Его содержаниеносит классово-волевой характер. «Помимотого, — писали К.Маркс и Ф.Энгельс, — чтогосподствующие индивиды при данных отношенияхдолжны конституировать свою силу в видегосударства, они должны придать своейволе, обусловленной этими определеннымиотношениями, всеобщее выражение в видегосударственной воли, в виде закона».Таким образом, возникновение и существованиеправа объясняется необходимостью нормативногорегулирования общественных отношенийв интересах экономически господствующегокласса.

Марксистско-ленинскоеучение видит сущность права вего классовости и материальнойобусловленности. Отвергая буржуазныепредставления о праве, Маркси Энгельс писали: «Ваше правоесть лишь возведенная в законволя вашего класса, воля, содержание которойопределяется материальными условиямижизни вашего класса». Экономическаяобусловленность права являетсяважнейшим принципиальным положениеммарксистской теории. Критикуя Прудона,считавшего произвол, усмотрение правителярешающей причиной экономической жизни,Маркс отмечал: «Поистине нужноне иметь никаких исторических сведений,чтобы не знать того факта, чтово все времена правители вынужденыбыли подчиняться экономическимусловиям и никогда не могли предписыватьим закона. Как политическое, таки гражданское законодательствовсегда лишь выражало, заносило в протоколтребования экономических отношений».

Впоследствии положениемарксизма о классово-волевомсодержании права было перенесено нашейюридической наукой на отечественноеправо. Утверждалось, что в обществе,где отсутствуют антагонистическиеклассы, в праве выражается волявсех дружественных классов ислоев общества, руководимых рабочимклассом. Тем самым подтверждаласьидея, что классовость права естьего постоянный и объективныйпризнак.

Важный аспект марксистскойтеории права проявляется в критикесоциально-экономических взглядовФ.Лассаля, которые базировались на социалистическойидее общественной собственности и равенствераспределения общественно производимогопродукта. Будучи принципиальным противникомчастной собственности, считая ее основойэксплуатации человека человеком, Маркстем не менее возражает Лассалю. В чемсуть этих возражений? Маркс считал, чтообщество, вышедшее из недр частнокапиталистическихотношений, на первоначальных этапах своегоразвития (в первой фазе коммунизма) ещеносит отпечатки прошлого. И если Лассальговорит, что общественная собственностьна основные средства производства позволяетпроизводителям общественно полезногопродукта получать то, что они заработали(за вычетом того количества результатовтруда, которое идет в общественные фонды),и это означает «царство» равенства, тоМаркс считает данное утверждение ошибочным.

«Равное право», помнению Маркса, здесь действительноимеет место, но это еще «буржуазноеправо», которое, как и всякое право,предполагает неравенство. Всякое правоесть применение одинакового масштабак различным людям, которые наделе не одинаковы, не равны друг другу.Поэтому «равное право» есть нарушениеравенства и несправедливость. Такоенеравенство заложено в физиологическоми социальном положении людей. Вусловиях, когда каждый должен отработатьравную с другими долю общественногопродукта, в экономически невыгодномположении оказываются люди, которыев силу своего физического или психическогосостояния не могут быть равноправнымиучастниками общественного производстваи потребителями его благ.

Отсюда следуетвывод, что при равном труде, приравном участии в общественном потребительскомфонде один получит на самом делебольше, чем другой, окажется богачедругого. Чтобы избежать всего этого,право вместо того, чтобы быть равным,должно быть неравным, учитывать естественноенеравенство людей.

Конкретизируя положенияМаркса, Ленин пишет, что в первойфазе коммунистического общества «буржуазноеправо» отменяется не вполне, а лишьотчасти, в меру уже достигнутогоэкономического переворота, то есть лишьпо отношению к средствам производства.«Буржуазное право» признает их частнойсобственностью отдельных лиц, асоциализм делает их общей собственностью,и только в этой части «буржуазноеправо» отпадает. Но оно остается всвоей другой части: в качестве регуляторараспределения труда и распределенияпродуктов между членами общества.

Такой «недостаток»марксистско-ленинская теория считаетнеизбежным в первой фазе коммунизма(после свержения капитализма), иболюди сразу не научатся работать наобщество без всяких норм права, посколькудля этого нет необходимыхэкономических условий. Других же норм,кроме «буржуазного права», нет. Правоотмирает полностью тогда, когдаобщество осуществит правило: «от каждогопо способностям, каждому по потребностям»,то есть когда люди настолько привыкнутк соблюдению основных правил общежитияи когда их труд будет настолькопроизводителен, что они добровольнобудут трудиться по способностям.

Таким образом, всоответствии с марксистско-ленинскойконцепцией в основе возникновенияправа, его функционирования и неизбежногоотмирания лежат классово- экономическиепричины.

Мировая наука ипрактика государственно-правовой жизниобщества не отрицает определяющей ролисоциальных и экономических факторовв возникновении и развитии права,однако рассматривается эта проблемас иных позиций. Если марксизм-ленинизмвидит в праве средство закрепленияволи и охраны интересов экономическигосподствующих классов, то представителидругих научных течений концентрируютвнимание на соотношении права и государства,права и личности. В их понимании права,правового регулирования главное местозанимает человек с его разнообразнымиинтересами и потребностями, а не толькопротивоположные интересы классов.

Классово-экономическаятеория ограничивает жизнь права (каки государства) историческими рамкамиклассового общества. Она считает, чтоправо — исторически преходящее явление,которое необходимо обществу лишь наопределенном этапе его развития.С исчезновением классов оноутратит полностью свою социальнуюценность.

Марксистско-ленинскаятеория утверждает, что право — явление,производное от государства, в полноймере определяемое его волей. Провозглашаяпримат государства над правом, марксизмвступает в противоречие с теориейправового государства, котораяне отрицает ведущей роли в правотворчестве,однако считает, что само государстводолжно подчиняться законам, а нестоять над ними.

Несомненной заслугоймарксистской теории является выводо том, что право не может бытьвыше, чем экономический и культурныйстрой общества. Тем не менее ее пониманиеправа ограничено лишь классовым обществом,в котором государство является единственнымтворцом права, отвергающим естественныеправа человека и его активное участиев формировании правовой жизни общества.Современная наука и практика общественногоразвития подтверждают, что в цивилизованномобществе право «господствует» над государством,определяет его структуру и формы деятельности,выступает постоянным объективным средствомконсолидации общества. Вне правовогорегулирования общество существоватьне может.

Следующий постулатмарксизма о праве как «равноммасштабе по отношению к неравнымлюдям» в условиях частной собственностии «неравном масштабе к различнымлюдям» в условиях общественной собственностиподтвердился только в своей первойчасти. Отношения, возникающие на основевсеохватывающей общественной (обезличенной)собственности, превращаются в тотальноенивелирование человеческих интересов,регулирование которых невозможнопосредством правовых законов. Правопри таких экономических условияхпревращается в свой антипод. Оно становитсяглавным препятствием на пути удовлетворенияиндивидуальных интересов личности.

Описание

Материалистическая теория права представлена в работах основоположников марксизма-ленинизма и их последователей. В основе материалистической теории лежит тезис о том, что право есть выражение и закрепление воли экономически господствующего класса. Как и государство, оно является продуктом классового общества. Его содержание носит классово-волевой характер. «Помимо того, — писали К.Маркс и Ф.Энгельс, — что господствующие индивиды при данных отношениях должны конституировать свою силу в виде государства, они должны придать своей воле, обусловленной этими определенными отношениями, всеобщее выражение в виде государственной воли, в виде закона».

Ленинская теория государства и революции. Политическая концепция сталинизма

Владимир Ильич Ленин (Ульянов, 1870-1924) опубликовалмножество работ самого разного жанра по вопросам политики, власти, государства.Перечислить их все нет практической возможности. Но нельзя не назвать такие изних, как «Что делать?» (1902), «Империализм как высшая стадиякапитализма» (1916), «Государство и революция. Учение марксизма огосударстве и задачи пролетариата в революции» (1917), «Пролетарскаяреволюция и ренегат Каутский» (1918), «Детская болезнь «левизны»в коммунизме» (1920).

Рассмотрение комплекса взглядов Ленина на государство ивласть надо начинать с вопроса о классовой природе государства. Именно этомувопросу посвящен первый же параграф первой главы «Государства и революции»- по общему признанию того основного труда, который содержит теоретическисистемное изложение соответствующих ленинских представлений.

Сугубая классовость — врожденная, неотъемлемая ивсеопределяющая, по Ленину, черта такого социального установления, какимвыступает государство. Она внутренне присуща ему в силу нескольких причин. Перваяиз них — воплощение в государстве антагонизма классов, расколовшего общество современи утверждения в нем частной собственности и общественных групп спротиворечивыми экономическими интересами. Важнейшим и коренным пунктомназывает Ленин тезис, согласно которому «государство есть продукт ипроявление непримиримости классовых противоречий». Вторая половина этоготезиса («проявление непримиримости классовых противоречий») в высшейстепени характерна для ленинского понимания государства как инобытия (в особыхинституциональных формах) классово-антагонистического общества.

Вторая причина, под действием которой государство являетсяпо своей природе классовым установлением, — комплектование аппарата государства(и прежде всего верхних эшелонов государственной власти) лицами из средыгосподствующего класса. Ленин вместе с тем отмечает, что отнюдь не весьгосударственный аппарат заполняют сплошь одни только выходцы из этого класса. Составадминистрации российского самодержавия служит ему примером того, что бюрократия(в особенности занятое отправлением исполнительских функций чиновничество) можетрекрутироваться также из других социальных слоев.

Третья причина, делающая государство, согласно Ленину,организацией насквозь классовой (вернее, организацией господствующего класса),- осуществление государственной машиной политики, угодной и выгодной главнымобразом господствующему классу, отвечающей его коренным экономическим,политическим и идеологическим интересам. Ленин очень редко отмечает, чтодеятельность государства удовлетворяет многие потребности общества в целом,направлена на решение также общенациональных задач и т.д. Подобная сдержанностьобусловлена не отсутствием самой такой деятельности. Просто Ленин фактическипризнает ее малозначащей, третьестепенной, не типичной для государства.

Кроме классов и межклассовых отношений для Ленина как бы нетиных факторов, детерминирующих природу государства. Острую его неприязньвызывают рассуждения о зависимости сущностных свойств государства от процессовобщественного разделения труда, усложнения механизмов социальноговзаимодействия, от развития собственно управленческих структур и процедур и т.п.Ясно, почему все эти рассуждения чужды Ленину. В них нет момента абсолютизацииклассового начала; ему в них не придается универсального значения.

Они так или иначе размывают образ государства какполитической организации класса собственников основных средств производства,используемой для обеспечения и защиты их общих классовых интересов. А внетакого образа невозможна марксистская идея государства как представляющейинтересы упомянутого класса собственников политической организации «насилиядля подавления какого-либо класса», т.е. как орудия диктатуры экономическигосподствующего класса.

Бесспорен, хотя и чрезвычайно специфичен, вклад Ленина винтерпретацию названной марксистской идеи. Он настаивал: «Сущность ученияМаркса о государстве усвоена только тем, кто понял, что диктатура одного классаявляется необходимой… для всякого классового общества вообще…» Сутьвсех без малейшего исключения государств, сколь бы разнообразны (в том числе идемократичны) ни были их формы, в конечном счете, одна — диктатура класса. Это(если угодно) — «железный закон» бытия государства, который ни прикаких обстоятельствах нельзя отменить, смягчить или перехитрить.

Конкретное содержание феномена «диктатура класса» Ленинвидит таким. Во-первых, диктатуру определенного класса составляет его власть, т.е.осуществляемое им господство над всеми остальными социальными группами,непререкаемое подчинение его воле и интересам поведения, действий всех членовобщества. Во-вторых, подобная диктатура включает в себя опору властигосподствующего класса прямо на насилие, применяемое в самых различных формах. Моментнасилия Ленин особенно выделяет в качестве одного из необходимых слагаемыхдиктатуры. В-третьих, непременным признаком диктатуры класса является ееполнейшая «раскрепощенность», совершенная несвязанность какими бы тони было законами. Вот его слова: «Диктатура есть власть, опирающаясянепосредственно на насилие, не связанная никакими законами». «Научноепонятие диктатуры означает не что иное, как ничем не ограниченную, никакимизаконами, никакими абсолютно правилами не стесненную, непосредственно нанасилие опирающуюся власть». Ленин тем самым от имени марксизма выдаетпрошлым, современным и будущим государствам индульгенцию являться антиправовымии даже противозаконными социальными установлениями.

Оборотная сторона марксистско-ленинской трактовки сущностигосударства как классовой диктатуры — это восприятие и оценка демократии,свободы, права, принципов гуманизма, в частности сложившихся вдосоциалистическую эпоху, как малозначащих компонентов общественно-политическойжизни. С точки зрения Ленина, почти все, на что они способны, — бытьпроводниками диктатуры класса, прикрывать ее внешне привлекательными атрибутамии тем самым вводить в заблуждение трудящихся, народные массы, пряча от нихугнетательский характер государства. Различные демократически-правовыеинституты и нормы достойны разоблачения и отрицания. В лучшем случае некоторыеиз них (скажем, парламентаризм) следует стараться использовать в борьбе противдиктатуры господствующего класса.

Во времена Ленина ими были, в первую очередь, институты инормы демократии, сложившейся в развитых капиталистических странах. «Буржуазнаядемократия, — писал он, — будучи великим историческим прогрессом по сравнениюсо средневековьем, всегда остается — и при капитализме не может не оставаться: узкой, урезанной, фальшивой, лицемерной, раем для богатых, ловушкой иобманом для эксплуатируемых, для бедных». Ленин считает; вкапиталистическом обществе демократия потому является демократией для богатых,что она не обеспечивает фактического равенства эксплуататора с эксплуатируемым,что в данном обществе представитель угнетенной массы лишен таких материальныхвозможностей практически пользоваться свободой слова и собраний, правомучаствовать в делах государства и проч., какими располагают имущественносостоятельные люди.

Показательно, что к вопросу о свободе, взятой во всех ееаспектах и реализуемой только посредством институтов демократии и права, Ленинна протяжении всей своей революционной деятельности оставался в целомравнодушным. Он вообще был антилибералом. Презирал либерализм, отторгал его. Вовсем этом сказывалась, вероятно, слабость российских демократических традиций; давалсебя знать инструменталистский, служебно-классовый подход к демократии; влияло,наверное, и понимание демократии на руссоистско-якобинский лад — какверховенства, суверенитета народа, а не как политико-юридического пространства,необходимого для осуществления прав и свобод личности, каждого отдельногоиндивида.

Анализируя проблему «государство и революция», Ленинписал: «Переход государственной власти из рук одного в руки другого классаесть первый, главный, основной признак революции как в строго научном, так и впрактически-политическом значении этого понятия». Применительно ксоциалистической революции, прежде всего, встает вопрос о том, как пролетариатдолжен отнестись к буржуазному государству — олицетворению власти старыхгосподствующих классов. Тут имеются, абстрактно рассуждая, две возможности. Ленинвидит их. Одна — пролетариат овладевает уже готовой государственной машиной изатем пускает ее в ход для решения своих собственных задач. И вторая — пролетариатниспровергает, разрушает буржуазную государственность и на ее месте создаетсвой, принципиально новый тип государства. Вслед за К. Марксом Ленин безмалейших колебаний выбирает вторую возможность: «… все прежние революцииусовершенствовали государственную машину, а ее надо разбить, сломать. Этотвывод есть главное, основное в учении марксизма о государстве».

Ленин мыслит акцию разрушения буржуазной государственностиочень конкретно. В первую очередь как слом бюрократических и военных институтовгосударственной власти, ликвидацию репрессивного аппарата, как замену наключевых постах управления государства прежних чиновников верными идеереволюции представителями рабочего класса. Но дело этим не ограничивается. Разрушениестарого, ранее существовавшего государства должно заключаться, по Ленину, крометого, в отказе от территориального принципа формирования представительныхучреждении, от принципа разделения властей, от равенства всех без исключенияграждан (независимо от классовой принадлежности) перед законом и от многихдругих начал демократического устройства государства.

Пролетариат учреждает собственное государство не дляустановления свободы в обществе. Ему оно нужно для насильственного подавлениясвоих противников. Ленин в восторге от энгельсовской идеи о несовместимостивсякой, любой государственности со свободой: «Когда становится возможнымговорить о свободе, тогда государство, как таковое, перестает существовать».Круг противников пролетариата, в первую очередь подлежащих насильственномуподавлению, изъятию из свободы, Ленин очерчивает преднамеренно неконкретно. Впротивники пролетариата записываются не только фабриканты и купцы, помещики икулаки, царские чиновники, буржуазная интеллигенция, но и те, кто их так илииначе обслуживал. Сверх того, в противники пролетариата зачисляются также хулиганы,жулики, спекулянты, волокитчики, бюрократы, лодыри, все подпадающие подбуржуазное влияние люди (будь они по происхождению хоть потомственнымипролетариями).

При таком подходе почти каждый россиянин мог оказаться (инередко оказывался) врагом пролетариата, «вредным насекомым» (поопределению Ленина, данному в январе 1918 г. в статье «Как организоватьсоревнование?»), от которых рабочий класс должен очистить российскую землю.Обстановка очищения России от «всяких вредных насекомых» — это режимпроизвола. При нем никакая свобода, (разумеется, и для пролетариата тоже) невозможна.Держится режим произвола в основном с помощью репрессий, террора. Ленинявляется самым решительным сторонником террористических методов дляосуществления пролетарской диктатуры. Причем не только в условияхнепосредственного вооруженного противоборства непримиримыхсоциально-политических сил. Он даже настаивает на расширении террора в мирныегоды, наступившие после одержанной большевиками военной победы, послезавоевания ими России. Последователи Ленина разделяют его взгляд наорганичность террора диктатуре пролетариата.

Конечно, Ленин понимает, что диктатура пролетариатануждается в своем государстве, централизованной организации насилия, ноединственно лишь ради проведения политики террора по отношению ко всемнеугодным новой власти лицам и группам. Эта власть нуждается в собственномгосударстве для решения еще одной задачи: «руководства громадной массойнаселения, крестьянством, мелкой буржуазией, полупролетариями в деле «налаживания»социалистического хозяйства». Выполнять такую задачу более с рукигосударственности, изображающей себя демократической. Потому Ленин и стараетсяубедить в том, что диктатура пролетариата в политической области, порывая сбуржуазным демократизмом, обеспечивает «максимум демократизма для рабочихи крестьян». Максимум этот достигается энергичным отстранениемэксплуататоров, всех противников пролетариата от участия в политической жизни.

Государственной формой диктатуры пролетариата, вовлечениятрудящихся в политическую жизнь должна быть, согласно Ленину, РеспубликаСоветов. Конструирование образчика такой республики считалось одним изоткрытий, сделанных Лениным в политической теории. В ленинском изображенииСоветская республика сочетает черты государственной и общественной организации;в ней соединяются элементы представительной и непосредственной демократии. Советы- учреждения, которые одновременно и законодательствуют, и исполняют законы, исами же контролируют выполнение своих законов. Строится и функционирует такоготипа республика на основе демократического централизма, что означает (покрайней мере, должно означать) выборность всех органов власти снизу доверху,подотчетность их и подконтрольность, сменяемость депутатов и т.д.

Политико-юридические, конституционно-правовые аспектыустройства системы Советов сравнительно мало интересуют Ленина. Главное длянего — насколько Советы фактически в состоянии быть инструментами диктатурыпролетариата или, что одно и то же, находиться под беспрекословным руководствомбольшевистской партии. Без этого Советы, в глазах Ленина, никакой ценности неимеют. Лозунг «Советы — без коммунистов!» представляется емуконтрреволюционным, смертельно опасным для диктатуры пролетариата. Достаточнолишь этой ленинской установки, чтобы сильно усомниться в Советах как власти,способной и намеренной дать «невиданное в мире развитие и расширениедемократии именно для гигантского большинства населения, для эксплуатируемых итрудящихся».

В ленинской концепции места и функции большевистской партиив системе диктатуры пролетариата (как и в ленинской практике осуществленияданной концепции) партия и институты государства внешне сохраняют своиспецифические черты. Но на уровне кадровом своим персональным составом (преждевсего руководящим, командным) эти структуры переплетаются, сращиваются. Большевикив качестве партийных функционеров выносят управленческие решения, а в качестверуководящих работников госаппарата — они же проводят их в жизнь. По сути дела,большевики («непосредственно правящий авангард пролетариата»),нелегитимным путем установившие господство над страной, концентрируют в своихруках прерогативы законодательной, исполнительной и судебной властей. Неполучается даже «однопартийного государства», ибо — по большому счету- нет самой государственности как суверенной организации публичной власти. Естьдекоративные, государство подобные образования, легко становящиеся козламиотпущения за всяческие провалы и вместе с тем поддерживающие миф онепогрешимости, всепобеждающей силе большевистской партии. Узурпируя полномочиягосударства, она не терпит никакого контроля общества над собой, не несет передним никакой реальной ответственности. Чего стоят в свете этого фразы о величиии достоинстве «пролетарской», «советской», «новой»демократии, «социалистической законности» и проч.

Положения о диктатуре рабочего класса, пролетарскойдемократии, о соотношении коммунистической партии и советского государства, обэкономических функциях такого государства, его территориальном единстве,внешней политике образуют костяк ленинского учения о социалистическойгосударственности. Однако чересчур долгой жизни Ленин этой государственности непрочит. Он как правоверный марксист стоит за отмирание государства: «… поМарксу, пролетариату нужно лишь отмирающее государство, т.е. устроенное так,чтобы оно немедленно начало отмирать и не могло не отмирать». Лениннеоднократно повторяет эту мысль: «… пролетарское государство сейчас жепосле его победы начнет отмирать, ибо в обществе без классовых противоречийгосударство не нужно и невозможно». Разумеется, окончательное отмираниегосударства Ленин увязывает с выполнением ряда высоких социально-экономическихи общекультурных условий. Но сама идея отмирания государства остается вмарксизме-ленинизме незыблемой и сугубо важной.

Предпринимавшиеся как будто попытки двигаться по стезе,ведущей в итоге к отмиранию государственности, привели, однако, вовсе не кдеэтатизации общества и формированию системы коммунистического, общественногосамоуправления. Обернулось это полной анемией собственно государственныхинститутов, формированием в обществе таких негосударственных структур (компартия),которые создали организацию тоталитарной власти и сами стали ее подлиннымицентрами. Подобная власть всегда бесконтрольна и безнаказанна. Ее не сдерживаютобщепринятые порядки и стандарты цивилизованной государственной жизни с еедемократически-правовыми установлениями.

Взгляды Ленина на власть и политику, государство и право, вособенности на «технологию» осуществления политического господства и т.д.,его деятельность как главы коммунистической партии и советского правительстваоказали главное, решающее воздействие на развитие теории и практики большевизма.Они имели, кроме того, широкий международный резонанс. В XXв. ими, так или иначе, вдохновлялись многие ультрарадикальные политическиедвижения разного толка.

Политические взгляды И.В. Сталина. С середины 20-х гг. почтина три последующих десятилетия роль главного охранителя и толкователя ленинскихидей, лидирующего теоретика большевизма присвоил себе Иосиф ВиссарионовичСталин (Джугашвили, 1879-1953) — Генеральный секретарь ЦК ВКП (б). Сейчас могутиметь место разные мнения относительно того, сколь успешно справился Сталин вцелом с данной ролью. Представляется, однако, очевидным: в области собственнополитической теории и практики она ему (с незначительными, второстепеннымиоговорками) удалась. «Удалась» в каком конкретно смысле? В том, чтоСталин действовал здесь, в упомянутой области, в соответствии с истиннымпафосом ленинизма. Не страдала сильным преувеличением формула, которая долго унас культивировалась: «Сталин — это Ленин сегодня».

Едва ли не наиболее яркая особенность интеллекта Сталина — упрощенноевосприятие и изображение социального мира, самых различных общественных явлений.Он не был склонен видеть реальность многомерной, сложной и внутреннепротиворечивой. Научно-теоретический анализ как таковой (со всеми присущимиподобному анализу атрибутами) оказался делом, чуждым сталинской мысли. Ееорганика — схематическое описание предметов и событий, безыскусное называниевещей, перечисление их сторон, свойств и уровней, формулирование дефиниций ипроч.

Будучи незаурядным политическим деятелем, Сталин прекрасносознает, что поддержку массы можно заполучить лишь тогда, когда твоиидеологические установки легко и быстро усваиваются рядовымпартийцем-большевиком, обыкновенным гражданином, «человеком с улицы».Отсюда постоянное приспособление им таких установок по существу и по форме кменталитету и степени образованности именно этих людей. Сталин ведал, к какимидеям (ценностям, ориентациям) они были в действительности восприимчивы, чтофактически являлось доступным их осмыслению. Вероятно, как никто другой, онпонимал значение политической пропаганды (популяризации) и придавал ейважнейшее значение. Сталин сам был неплохим популяризатором, хотя нередкопревращал популяризацию в вульгаризацию, опускался до откровенной элементарщины.

Вследствие упрощенного восприятия и изображения Сталинымсоциального мира тексты, которые вышли из-под его пера, несут на себе печатьдогматизма. Отдельные положения К. Маркса, Ф. Энгельса, В.И. Ленинаиспользуются в них как непререкаемые истины; отсутствуют фигуры сомнения,крайне редки гипотезы и их обсуждение; почти нет попыток выявить и по достоинствуоценить сильные, конструктивные позиции оппонентов. Эти тексты насквозьпропитывает вера их автора в свою правоту и непогрешимость. Они отличаютсяжестким категоричным слогом, что придает им форму чуть ли не официальныхдирективных документов, обязательных к принятию и исполнению.

Первоочередной интерес представляют работы Сталина «Обосновах ленинизма» (1924), «К вопросам ленинизма» (1927), «Опроекте Конституции Союза ССР» (1936), «Отчетный доклад на XVIII съезде партии о работе ЦК ВКП (б)» (1939).

Сталинское кредо заключено в тезисе, согласно которому»ленинизм есть теория и тактика пролетарской революции вообще, теория итактика диктатуры пролетариата в особенности». Сталин, чтобы не допускатьтут никаких разночтений, затем уточняет: «… основным вопросом ленинизма,его отправным пунктом, его фундаментом является вопрос о диктатуре пролетариата».Далеко не случайно выпячивает Сталин идею диктатуры пролетариата. С расчетомвыстраивает он по существу вокруг нее одной весь комплекс ленинских взглядов, ашире — опирает на нее марксизм в целом. Данная идея предоставила Сталинумаксимально благоприятные возможности, для укрепления культа власти впослеоктябрьской России и вместе с тем для достижения упомянутой выше личнойцели.

В диктатуре пролетариата Сталин выделяет несколько ееаспектов. Прежде всего, и главным образом он усматривает в ней власть, котораяжизнедействует как насилие, подавление, принуждение. Насилие в любых ситуацияхостается имманентным и важнейшим признаком пролетарской диктатуры.

Верно, у Сталина встречаются заявления относительно того,что не всегда и не везде диктатура пролетариата суть исключительно насилие. Однакоони — пустые фразы, употребляемые ради отвода глаз, прикрытия репрессивногобольшевистского режима. Для верного ученика Ленина «диктатура пролетариатаесть не ограниченное законом и опирающееся на насилие господство пролетариатанад буржуазией, пользующееся сочувствием и поддержкой трудящихся иэксплуатируемых масс». Господство, опирающееся на насилие и не ограниченноезаконом, неизбежно вырождается в голый произвол и тоталитарную власть, железнаяпята которой давит все и всех.

Еще один аспект диктатуры пролетариата, по Сталину, — организационный.Пролетарская революция, утверждает он, не достигнет намеченных целей, если несоздаст «специального органа в виде диктатуры пролетариата в качествесвоей основной опоры». Чем же в осязаемо предметном воплощении являетсядиктатура пролетариата теперь как «специальный орган» пролетарскойреволюции? Она представляет собой «новое государство, с новыми органамивласти в центре и на местах, государство пролетариата, возникшее на развалинахстарого государства, государства буржуазии». Обозначает Сталин и иныеаспекты диктатуры пролетариата. Например, социальный (союз рабочего класса скрестьянством), хронологический («целая историческая эпоха» переходаот капитализма к коммунизму) и др.

Свой взгляд на природу государства вообще Сталин формулируеттак: «Государство есть машина в руках господствующего класса дляподавления сопротивления своих классовых противников». Весьма немудренаямысль. Но предельно доходчивая, доступная разумению «простого человека».Ему, собственно, она и адресована.

Под стать общей квалификации природы государства,механически повторенной Сталиным вслед за прежними поколениями марксистов,предложенная им оценка основных функций всякого допролетарского государства.»Две основные функции характеризуют деятельность государства: внутренняя (главная)- держать эксплуатируемое большинство в узде и внешняя (неглавная) — расширятьтерриторию своего, господствующего класса за счет территории других государств,или защищать территорию своего государства от нападений со стороны другихгосударств». В приведенных высказываниях государство, во-первых,неправомерно сведено к государственной машине, т.е. лишь к одной из егоорганизационных структур; во-вторых, явно обеднена палитра выполняемых имфункций: проигнорированы интеграция общества, ведение обще-социальных дел и т.д.На «развалинах старого государства», учит Сталин, возникает советскаявласть, т.е. пролетарская государственность, государственная форма диктатурыпролетариата. Конституируется советская власть в соответствии с инымипринципами, нежели старое буржуазное государство. На мусорную свалку историиотправляет диктатура пролетариата, в частности, территориальный принципорганизации государства, принцип разделения властей, «буржуазныйпарламентаризм» и др. Советская власть объединяет законодательную иисполнительную власти в единой государственной организации, заменяет территориальныевыборные округа производственными единицами (заводами, фабриками), связываеттрудящиеся массы с аппаратом государственного управления, учит их управлениюстраной.

«Новый тип государства» есть вместе с тем новыйисторический тип демократии — демократии пролетарской, советской, котораярадикально отличается от демократии буржуазной и превосходит последнюю. В чемвыражается, по Сталину, это превосходство? Как и Ленин, он видит таковое в том,что советская власть привлекает массы к постоянному и решающему участию вуправлении государством, чего трудящиеся были лишены в условияхбуржуазно-демократического строя.

Резко негативное отношение Сталина к «буржуазнойдемократии» и позитивное к «демократии пролетарской» — вещьнормальная. Нормальная для большевиков-ленинцев. Ведь они представляют себедемократию, выгодную им, в первую очередь, как такое общественно-политическоесостояние, при котором некие институты вроде бы привлекают, притягиваюттрудящихся к управлению государством. Эти институты определенным образомактивизируют массы; но с таким единственным расчетом, чтобы их «активность»и «сознательность» всецело работали на безоговорочное одобрение иподдержку решений, принимаемых руководством страны.

Собственное неприятие демократических норм и процедурполитической жизни в советское время Сталин пытается оправдать якобынезрелостью тех, кто хочет иметь демократические порядки. Демократия «требуетнекоторого минимума культурности членов ячейки и организации в целом и наличиянекоторого минимума активности работников, которых можно выбирать и ставить напосты. А если такого минимума активности не имеется в организации, есликультурный уровень самой организации низок — как быть? Естественно, что здесьприходится отступать от демократии… «. Однако сам Сталин отступает отдемократии отнюдь не в силу только, что обозначенных причин. Коренная причина -другая. Критикуя оппозиционеров внутри большевистской партии, ведущих «безудержнуюагитацию за демократию», он обвиняет их в «развязываниимелкобуржуазной стихии». Ясно, что для ортодоксального ленинца «мелкобуржуазнаястихия» (а следовательно, и демократия) — смертельный враг.

Для Сталина демократия не связана с реализацией индивидомвсей совокупности принадлежащих ему гражданских и политических, социально-экономическихи культурных прав и свобод. Индивида, отдельную личность он всегда считалвеличиной малой и нестоящей; человек был для него в лучшем случае «винтиком».Еще в 1906 г. в цикле статей «Анархизм или социализм?» Сталинутверждал, что масса — краеугольный камень марксизма и освобождение массы естьключевое условие освобождения личности; отсюда и лозунг марксизма: «Вседля массы». Тридцать лет спустя, в 1936 г., Сталин в беседе с группойработников ЦК ВКП (б), отвечавших за подготовку учебников, подчеркнул: «Нашадемократия должна всегда на первое место ставить общие интересы. Личное передобщественным — это почти ничего». Сталинская версия демократииидеологически санкционирует уничижение индивида, превращает его права и свободыв пустые, никчемные категории.

«Социалистическая демократия» у Сталина выступаетоборотной, стороной диктатуры пролетариата, которая с «лицевой стороны»утверждается как разветвленная система разных организаций: государственных инегосударственных. Государственная организация — Советы сверху донизу, в центреи на местах. Негосударственные — профсоюзы, кооперация, союз комсомола, партиябольшевиков. В системе диктатуры пролетариата большевистская партия изначально(с момента Октябрьского переворота) присвоила себе заглавную роль. Она, поубеждению Ленина и Сталина, «авангард», «одухотворяющая»,»руководящая» и «направляющая сила». Все остальные частиэтой системы суть послушные «привода, рычаги», беспрекословновыполняющие любые директивы партии.

Посредством, каких методов «партия управляет страной»(а если прямее и точнее — осуществляет свою диктатуру)?»Ни один важныйполитический или организационный вопрос не решается» государственнымиорганизациями, общественными объединениями «без руководящих указанийпартии». Она (и только она) ставит на все мало-мальски значимые посты вгосударстве и обществе преданных ей людей («номенклатура»). Партияподчиняет себе госаппарат также тем, что «вдвигает свой щупальца во всеотрасли государственного управления». Ослушникам ее воли грозит «карающаярука партии».

Особо отстаивал Сталин ленинский тезис о том, чтобольшевистской партии уготовано монопольно обладать всей полнотой захваченнойею власти. «Руководителем в системе диктатуры пролетариата является однапартия, партия коммунистов, которая не делит и не может делить руководства сдругими партиями». В данном вопросе Сталин пошел даже дальше Ленина.»Сталинская Конституция» (1936 г) впервые на официальном уровнепризнает и закрепляет привилегированно-монопольное положение «боевогоштаба рабочего класса» в советском обществе. Статья 126-той Конституциигласила: коммунистическая партия есть «руководящее ядро всех организацийтрудящихся как общественных, так и государственных».

С включением такой записи в Основной Закон страны можносчитать, что Сталин, в общем, завершил создание в рамках ленинизма идеологиитоталитарной политической системы. Его суждения о фазах развития и функцияхсоветского государства, о национально-государственном устройстве СоветскогоСоюза, об отмирании социалистического государства (через укрепление карательныхорганов последнего) и некоторые другие принципиально ничего не меняют в этойидеологии. Она явилась закономерным результатом эволюции большевистскойполитической мысли.

Литература

1.Питирим Сорокин. Ленин. Фанатик и антисоциальный экстремист. (1922)

2.Терри Иглтон. Ленин в эпоху постмодернизма

3.Илья Смирнов. «Биография Ленина в новом ракурсе»

4.Арутюнов А.А. Досье Ленина без ретуши. Документы. Факты. Свидетельства.